…Что можно получить, совершив доброе дело? Например — благодарность. Или — похвалу. А может — просто хорошее настроение. Но это если все пойдет так, как у людей водится. Но если нет… Вот Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер.
Авторы: Васильев Андрей
достаточно мрачно. Дело происходило то ли в большом подвале, то ли в бойлерной — красные кирпичные стены, какие-то трубы, идущие по ним, сбоку железная лестница, ведущая невесть куда, вернее всего — наверх, к жилым или служебным помещениям. Такой, знаете ли, пейзаж из голливудских малобюджетных фильмов категории «В».
Вот только это не кино, и Олегу, несомненно, приходится туго. Выглядит он, по крайней мере, хреново, не сказать хуже. И сидит там давно, вон на лице его уже не щетина, а некое подобие бороды появилось. Надо думать, прихватил его колдун сразу же по возвращению в Москву, а может, даже и раньше. Наверняка у него имеются подручные, сейчас я в этом почти не сомневаюсь.
— Это ведьмак, — ответил Николай на вопрос Стаса. — Приятель нашего Сашки.
— Беда, — протянул полицейский. — Вот теперь он взял нас за горло крепко и конкретно. Заложник — ход беспроигрышный. Саш, сразу обозначу — статистика удачных освобождений не так уж велика, это я тебе говорю как человек из Системы. В телевизоре, понятное дело, каждое из них заканчивается победой силовиков, но в жизни все печальней.
— Не дурак, — бросил я. — Черт, вот как же так?
Снова взревел телефон.
— Ну, посмотрел киношку? — весело осведомился колдун. — Понравилось?
— Не то слово, — зло ответил я.
— Тогда повторюсь — вечером ты обязан убить Марфу. Нож при тебе, так что — вперед. Она, конечно, ведьма матерая, опытная, в честной схватке у тебя шансов было бы не очень много, но тут ситуация другая, можно ударить по уму, то есть — исподтишка. Все предпосылки для этого есть — ты вроде как стремишься к миру, да еще и волкодавы из Отдела за разговором присматривать станут. Все получится, Смолин, я в тебя верю. А если нет… У тебя много друзей, Александр. И ведьмаков, и людей. Я их всех знаю, и стану убивать одного за другим. Родителей не трону, Покон есть Покон, старики да дети малые под защитой Живы, но вот все остальные — у-у-у-у! А еще запишу их предсмертные крики и стоны на телефон, чтобы ты их после неоднократно послушал. Специально убивать не стану до той поры, пока всех ближних твоих не истреблю. Итак — до вечера. Если уцелеешь после выполнения задания — продолжим беседу.
Я положил трубку на стол и глубоко вздохнул.
По сути — шах и мат. Даже если пожертвовать Олегом, за ним последуют Слава Раз и Слава Два, Дэн, Димон, Пашка. А еще — Маринка, Наташка и Ленка из банка, кто-то еще, о ком я даже сейчас помыслить не могу. Светка!
Нет, это дело немыслимое. Лучше самому сдохнуть, чем свою жизнь их мучениями выкупать.
Одно плохо — глотку этой твари перегрызть не получится, меня ведьмы точно на ломти настрогают прямо там, в Кусково. Из такой петли не выберешься, это уж точно.
— Чего молчим? — осведомился Николай. — Саш, мы тут, нам тоже знать охота, о чем колдун говорил.
— И чего ты так с лица сбледнул, — добавил Стас. — А еще лучше в следующий раз громкую связь включай, чтобы мы все слышали. Детали — главное в нашей работе. А на эмоциях ты чего-то и забыть можешь.
— Захочешь — не забудешь, — глухо проговорил я. — При всем желании.
Друзья слушали меня молча, не перебивая, только время от времени бросали друг на друга короткие взгляды.
— Крыса, — сразу же после того, как я замолчал, заявил Стас. — Без вариантов.
— В смысле? — потряс головой я.
— Колдуну вашему кто-то информацию сливает, — пояснил полицейский. — Кто-то из ближнего окружения этой самой Марфы. Сам посуди — с момента принятия решения десяти минут не прошло, а он уже про все знает. И тут никаких ваших «темных глаз» и прочих ахалай-махалаев почти наверняка быть не может. Ведьмы эти, насколько я понял, публика прошаренная, не то что Арвен, их на кривой козе не объедешь.
— Полностью согласен, — подтвердил Николай. — Больше скажу — начинаю думать, что ты, Сашка, далеко не главная его цель. Ты — приманка, которую он всем подсунул. А хочет этот упырь совершенно другого.
— Чего? — окончательно растерявшись, осведомился я.
— Например, поставить во главу одного из московских ковенов свою креатуру, — охотно ответил оперативник. — Собственно, ковенов в столице, если ты помнишь, всего ничего, а этот еще и самый многочисленный. Или того хлеще — стравить ведьм и ведьмаков. Ты завалишь Марфу, разъяренные бесовки мигом порвут тебя на лоскуты, после чего твои собратья непременно с ними сцепятся. А он будет попивать коктейли и смотреть на это все из ВИП-ложи. Или какие-то свои делишки провернет под шумок. Знаешь, где лучше всего ловить рыбу?
— Где?
— В мутной воде, самое то занятие. Я тоже иногда такие штуки проворачиваю. В благих целях, разумеется, и без жертв. Но — случается, грешен.
— Даже не знаю — радоваться или печалиться
