Попасть можно по-разному. Например, отправиться в иной мир по воле ведьмы, сбежавшей от правосудия. Перенестись прямо в тематическом костюме для Хэллоуина и едва не погибнуть в первую же минуту. А потом обнаружить, что тебя никто не ждал, помощь, руку и сердце не предлагает, даже магической силой не наделил и великую миссию не возложил. Наоборот, в чёрном колдовстве обвиняют. Но выживать как-то надо и возвращаться домой — тоже.
Авторы: Романовская Ольга
— Из-за тебя. И за собственное дело. Решили, будто я ведьма, охмурила Свена (это мой домовладелец, тоже маг) и помогла тебе украсть артефакт.
Андреас задумался. Спиной ощущала его пристальный взгляд. Честно говоря, некомфортно.
— Прости, — наконец, вымолвил маг. — Не знал, что всё так обернётся. Но ты странная, немудрено, что не нравилась людям. Они других не любят.
Кивнула. Что верно, то верно. Белую ворону всегда во всех грехах обвинят только из-за цвета оперения. Боятся того, чего не понимают, а раз боятся, то подспудно ненавидят. Или завидуют, как мерзавка-суконщица.
Андреас предположил, что безопаснее будет путешествовать с ним, потому как одна я непременно окажусь на костре.
В памяти всплыла прошлогодняя сцена: показательный суд перед храмом. Тогда Андреас допрашивал ведьму, умело, со знанием дела, будто инквизитор. Кто же бывший хозяин мага, какой пост занимал тот франт?
И как мало я знаю о своём спутнике! Слишком мало, чтобы довериться ему и уйти в неизвестность. Да, он дважды спас меня, но оба раза обернулись неприятностями.
Кто он, сколько ему лет, что за история с душой и телом? Да ещё артефакт… Не стоит ли остерегаться того, кому я доверяю? Ведь галанийцы не дураки, они не стали бы пытаться убить безобидное существо.
Бросив в закипевшую воду зверобой, обернулась к Андреасу и напрямик спросила:
— Кто ты?
Маг удивлённо уставился на меня и напомнил, что уже представлялся.
Отмахнувшись от обвинений в девичьей памяти, потребовала рассказать о себе и об артефакте.
Андреас угрюмо молчал. От былой весёлости и разговорчивости не осталось и следа. Значит, я задала неудобный вопрос.
Волнение потихоньку усиливалось. Поддавшись ему, даже заприметила палку для возможной самообороны — кто знает, может, передо мной главный книжный злодей? Они умеют маскироваться, а потом наивные девочки, вроде меня, случайно проявляют излишнее любопытство. И тогда злодей трагическим голосом произносит: ‘Жаль, я не хотел убивать тебя, но ты не оставила иного выхода’.
Андреас пошевелился, и я, взвинченная расшалившимся воображением, отпрянула, выхватив из костра горящую головню.
— Тихо, Иранэ, я не Глой, — примиряюще вскинул руки маг и тут же скривился от резкого движения. — Не демон то есть. И меня действительно зовут Андреас Миро. Я маг-стихийник из Малайо. Есть такая страна. Остальное ты знаешь, но расскажу подробнее. Лет мне по одному счёту восемьдесят шесть, по другому — сто семнадцать. Телу же — тридцать один год.
Движением ладони оборвала рассказ, пытаясь осмыслить услышанное.
Ветка, шипя, уткнулась в снег, а я плюхнулась на походную сумку.
В голове не укладывалось, как у одного человека может быть три возраста.
Андреас, видимо, ожидал подобной реакции, поэтому лишь слабо улыбался, наблюдая за моими округлившимися глазами и неудачными попытками задать вопрос.
Я разевала рот, словно рыба, не в силах издать ни звука. Наконец, когда первый шок прошёл, сбивчиво попросила пояснить, о каких летоисчислениях идёт речь.
Оказалось, всё просто. Относительно просто, потому что на Земле у людей всего один возраст.
Андреас родился сто семнадцать назад и трагически погиб в тридцать один. Тогда же начался отчёт новой, иной жизни. Длилась она восемьдесят шесть лет — столько, сколько Андреас существовал вне времени.
Он обтекаемо поведал о мрачном дне, разделившем всё на до и после, но по обрывкам фраз и недомолвкам поняла, Андреаса убили при исполнении служебного долга.
Маг служил в каком-то патруле. Они обходили горные дороги и следили, чтобы разные твари не тревожили покой путешественников и не стекались лавиной в долину. По словам Андреаса, никого страшнее троллей, там не встречалось. Маг описал этих тварей: косая сажень в плече, центнера два весу, слоновья кожа… Сомневаюсь, будто тролли настолько безобидны. И питались они не корешками, а разным зверьём. Не брезговали и человечиной. И вот таких тварей выслеживала и убивала команда Андреаса.
Они уже возвращались по темноте в форт, когда дорогу преградил обвал. А потом… Потом магов убили. Всех до единого.
Андреас помнил лишь тени, легко порхавшие по камням — миражи, на которые маги напрасно тратили силы. Затем тени исчезли, а им на смену пришли ползучие лианы и дикие звери. Они будто обезумели, не чувствовали боли, нападали целыми стаями, рвали на части…
— Кажется, на скале стояла женщина, — неуверенно предположил Андреас. — Мне показалось, будто стояла. Но кто бы ни заманил нас в ловушку, колдовать он умел и черпал энергию не из собственного резерва,
