Попасть можно по-разному. Например, отправиться в иной мир по воле ведьмы, сбежавшей от правосудия. Перенестись прямо в тематическом костюме для Хэллоуина и едва не погибнуть в первую же минуту. А потом обнаружить, что тебя никто не ждал, помощь, руку и сердце не предлагает, даже магической силой не наделил и великую миссию не возложил. Наоборот, в чёрном колдовстве обвиняют. Но выживать как-то надо и возвращаться домой — тоже.
Авторы: Романовская Ольга
пригревает.
Провожать Свена вышел инквизитор. Он неглубоко поклонился и проговорил, протягивая два кошелька, один из которых — мой:
— Благодарю, мэтр, вы мне очень помогли.
— Ничего, — улыбнулся Свен, убрав оба кошелька, — раз не вышло с ведьмой, должен же вам улыбнуться Ио?
Оставалось только гадать, какую услугу маг оказал инквизитору, что тот с ним так расшаркивался.
Кивнув мне, Свен предложил пообедать и обещал сегодня же вернуть деньги:
— Мне чужого не надо.
Мы засели в ближайшем кабачке.
Свен умёл целую курицу с подливой и гарниром, а я лишь слегка поклевала местный суп.
Сытый и благостный маг заказал ещё пива и уставился на меня. Я, соответственно, на него. Закончилось всё это задумчивым замечанием:
— Да-а, точно мир сумасшедших!
Пояснять свои слова Свен не стал, вместо этого начал нудно расписывать правила приличия, которые придётся соблюдать в деревне. Например, мужчин не перебивать, с непокрытой головой не ходить, умом не щеголять, откровенных тряпок не носить, хозяйке дома помогать, о своей жизни не рассказывать и не забывать молиться Ио.
Чем дальше слушала, тем больше хотелось в Нурбок.
Это же хуже ‘Домостроя’ — полное бесправие и бесплатная рабочая сила. Даже в глаза мужчине смотреть нельзя! Дремучее Средневековье! Нет, в городах лучше. Или Свен утрирует, специально стращает, зная мои привычки?
— Бить меня тоже будут? А то небитая баба — день прожит зря.
Свен покачал головой и посоветовал не молоть чепухи:
— Говорил же: за языком следи. Иранэ, это у меня терпение долгое, а деревенские, они действительно поколотить могут.
— И сколько мне там торчать? — пригорюнилась я.
— Пока не заберу. Весной уже. Может, надумаешь чего, — Свен выразительно глянул на меня. — Немолодая уже, пора бы.
Так это он о женитьбе? Нет, определённо, так делать предложение никто не умеет!
Немолодая!
От негодования я даже отобрала у Свена кружку и выпила местного нефильтрованного пива. Подумала и налила себе ещё — понравилось. Оно отличалось от триерского в лучшую сторону. Видимо, там пиво разбавляли.
— Мне всего двадцать один год! — возмутилась я. — Осенью исполнилось. Какая старость?!
— Обыкновенная, — Свен вернул себе кружку и велел подавальщице принести ещё одну, для меня, заодно вместе с полным кувшином. — Пара лет — и уже никому не нужна станешь, даже за деньги. Опять же дети… Ну, кого ты родишь-то, да ещё в первый раз, если самой под тридцать будет?
— Откуда вы знаете, что у меня нет детей? — Щёки пылали, пива хотелось всё больше.
— Проверил, — ничуть не смутившись, ответил Свен. — Должен же знать, здоровая ли. Деньги деньгами, а наследовать их кому-то нужно.
Маг выразительно посмотрел на меня, а я поперхнулась, заёрзала на скамейке и резко захотела сбежать.
Зная Свена, понимала — он не отстанет и облагодетельствует несчастную старую деву, обласканную герцогиней. И размеры благодарности будут столь велики… Словом, наверстаю упущенное.
И когда он успел проверить? Когда раздевал и снимал бельё? Не иначе. Но как, магическим способом?
— Свен… эээ… я вам детей рожать не хочу. И замуж тоже. Вообще, — на всякий случай добавила я.
— Обет дала?
Предпочла промолчать, а Свен пустился в очередные долгие рассуждения о предназначении женщины в этом мире, закончившиеся, впрочем, обнадёживающее — замечанием, что рожать мне пока никто не предлагал. А разговор… Обо мне Свен печётся, неразумной.
Допив пиво, маг подозвал подавальщицу и поинтересовался, где приличным людям можно переночевать. Оказалось, хозяин сдавал комнаты проезжим. Целых две. И свободная, разумеется, осталась только одна.
Реальность превзошла самые худшие ожидания. Низкий потолок, сквозь который пробивается сено с чердака, ни единого окошка, паутина, пыль и нечто, гордо именующееся кроватью. Но жизнь в Галании научила радоваться любым удобствам, даже если они во дворе.
Беспокоил Свен. Кажется, тот всерьёз задумал жениться. Не предпримет ли чего?
И постель узкая, располагает, так сказать…
Умываться пришлось на улице, прямо из колодца.
Вода — ледяная! Я с трудом заставила опустить в неё пальцы и чуть-чуть побрызгала на лицо. А Свен — ничего, окатился, фыркнул, мотая головой, и, накинув куртку, побрёл к внешней лестнице в комнаты. Я побрела за ним, гадая, то ли Волчий лог так усилил иммунитет мага, то ли он привычный к холоду.
— Ну, что стоишь? Ложись. Завтра рано вставать.
Я продолжала мяться у закрывающейся только на хлипкую задвижку двери. Вышибить
