Маленький, ничем не примечательный городок на Лонг-Айленде. И его на первый взгляд тоже ничем не примечательные жительницы – женщины семейства Бошан – Джоанна и ее взрослые дочери, Ингрид и Фрейя. Ингрид работает в библиотеке, Фрейя – в баре, Джоанна тоже не сидит без дела, занимается огородом и постоянно переделывает старый дом на берегу Атлантического океана. Но их настоящая стихия – магия, ведь они вовсе не обычные люди, а бессмертные древнейшие создания, называемые то ведьмами, то валькириями…
Авторы: де ла Круз Мелисса
у нее все дрожало внутри, хотя она старалась сохранять спокойствие и вежливо отвечать жене мэра.
Мэтт изумленно уставился на Ингрид:
— Погоди-ка… какие еще узелки? Что ты имеешь в виду? И что означают обвинения в черной магии?
Корки вновь подала голос:
— Тодд повесился! И завязал в точности такой же узел, как тот, который она мне подсунула! — прошипела она, показывая Мэтту маленький коричневый узелок.
— Господи, да что здесь такое? — Ингрид бросила взгляд на Хадсона, надеясь, что приятель придет ей на помощь. Вокруг них стали собираться люди, со страхом и любопытством посматривая на Ингрид. В памяти у нее воскресла сцена из прошлого: чудесное утро, толпа на площади, виселица… Тогда жители деревушки обступили ее и сестру точно так же, как сейчас, в двадцать первом веке, посетители библиотеки.
— Не притворяйся, будто ничего не знаешь! Его нашли сегодня утром! Он покончил с собой в каком-то мерзком мотеле на 27-й улице! — выкрикнула Корки.
Ингрид тихонько охнула и спросила у Мэтта:
— Правда?
Полицейский кивнул.
— Нам сообщили по 911. Наши ребята все еще там. — Он повернулся к Корки: — Успокойтесь, пожалуйста. Хотите, я отвезу вас в участок? — Мэтт выразительно посмотрел на Ингрид и повел репортершу к дверям.
— Господи… бедная психопатка! — бросил Хадсон. Ингрид отчетливо ощущала, как недоверчиво смотрят на нее люди, а кое-кто уже прошипел нечто враждебное. — Ты в порядке?
Ингрид молча кивнула. Как ужасно начинается день! Перестал выходить на связь тот, кто расшифровал «ключи», пропали чертежи, а теперь ее обвинили… она даже толком не поняла в чем — в колдовстве, в гибели Тодда? Ингрид не могла стряхнуть с себя паутину ненависти, которая ощущала со всех сторон.
Табита ласково погладила Ингрид по спине и уверенно сказала:
— Не волнуйся, никто ее слушать не станет. Ты не имеешь к… происшествию никакого отношения. Она просто вне себя от горя. Еще бы! На нее такое обрушилось — мужа потеряла!
В тот день посоветоваться с Ингрид пришло лишь несколько женщин, и ей стало еще хуже, хотя она очень старалась гнать от себя мысли о самоубийстве Хатчинсона. Но, разумеется, отвлечься не получалось. Что она кричала насчет черной магии? И того, что Ингрид — ведьма? Лживая знахарка?
Ингрид вспомнила о Фрейе. Сестре тоже нелегко. Сол, по сути дела, ее уволил — отправил в неопределенно длительный «отпуск» и велел прекратить готовить «забористые коктейли». А с сегодняшнего дня весь Нортгемптон будет держать ушки на макушке и внимательно следить за Бошанами. У Ингрид по спине пополз холодок. Она переживала такое однажды и хорошо знала, чем кончаются подобные истории.
Некогда в Массачусетсе Ингрид была хозяйкой процветающей клиники и имела шикарную практику. Потом, как водится, стали множиться слухи, полетели обвинения. Но ведь теперь совсем другое время, пыталась она убедить себя. Наверняка ее помощь просто не требуется, ведь у жителей городка в настоящее время все (ну, или почти все) в полном порядке. Ингрид остается только в это поверить. Тогда сразу появится мостик, на котором она сможет удержаться. Хотя Висельный Холм перестал быть местом казни и соответствовать своему изначальному названию, его мрачная тень еще не исчезла. А Ингрид не настолько глупа. Она знает — то, что случилось, может повториться.
Как далеко до конца дня! Что еще может произойти? И действительно, к Ингрид явилась нежданная посетительница — Эмили Фостер. Бледная, дрожащая, она вошла в кабинет и отчаявшимся голосом спросила:
— Ингрид, у тебя найдется минутка? Мне необходимо поговорить.
Фрейя смотрела, как Киллиан аккуратно кладет телефон на место, и не могла налюбоваться его красивым профилем и мощной мускулистой спиной. Она притронулась к его спине ладонью. Она никак не могла перестать его касаться! Весь вечер они ублажали друг друга, пробуя новые, все более возбуждающие вариации одного и того же вечного любовного танца. Фрейю даже немного встревожило то, что Киллиан вообще не уставал. Он оказался совершенно ненасытен. Ей никогда еще не встречался партнер, способный не отставать от нее. Киллиан был, безусловно, самым достойным. Пожалуй, он был равен ей и по запросам, и по возможностям. В полном изнеможении, завершая очередной раунд любовной игры, они уже спустя несколько минут начинали новый. Самого невинного прикосновения к ноге, руке или щеке партнера обоим было вполне достаточно, чтобы вернуться к началу. Фрейя обнаружила — она думает
