Ведьмы с Восточного побережья

вроде бы даже проснулась, но была не в силах ни открыть глаза, ни разговаривать.
На ней лежал незнакомый мужчина, крепко обхватив ее своими теплыми мягкими руками. Его тело тяжело придавило ее к постели, а она, совершенно обнаженная, пыталась спихнуть его с себя. Безрезультатно. Она была полностью обездвижена и абсолютно беспомощна. А он через несколько минут овладел ею, но не грубо, а, скорее, ласково и страстно. Он двигался так медленно, что ей захотелось закричать во все горло, но она не могла издать ни звука. Потом он стал нежно и страстно целовать Ингрид, и ее тело невольно отвечало на ласки, и она уже не могла сопротивляться разбуженному желанию. Она чувствовала, что они оба готовы к соитию и им сейчас очень хорошо… Да, было хорошо оказаться в объятьях пылкого партнера, заниматься любовью… Чем? Нет, то была явно не любовь!
Неожиданно глаза ее широко распахнулись. Она, наконец, смогла его увидеть.
Прекрасное эльфийское лицо — черные как уголь волосы и глаза цвета морской волны. И он стал невероятно силен… Стиснув пальцы у нее на горле, он теперь душил ее, глубоко вдавливая ногти ей в плоть, заставляя хватать ртом воздух и задыхаться, а сам тем временем безжалостно стремился довести половой акт до конца… Господи, ведь все происходит на самом деле!..Киллиан пытается ее убить… Ингрид чувствовала, как душа ее начинает расставаться с телом: она уже взлетает и мерцает во мраке… Значит, она сейчас умрет?.. Нет! Она не допустит своей гибели!.. Собравшись с силами, Ингрид согнула ногу в колене и ударила насильника в грудь. Этого оказалось достаточно, чтобы он потерял равновесие и оставил в покое ее истерзанное горло.
Она хотела пронзительно вскрикнуть…
И проснулась.
Значит, это был ночной кошмар? Ингрид села в постели, задыхаясь и дрожа. Она была полностью одета, но пижамная куртка на спине вымокла от пота. Ей просто привиделось, будто Киллиан Гарднер ее насилует и пытается убить. Но сон казался настолько реальным, что Ингрид чувствовала себя оскверненной и, одновременно, испытывала странное возбуждение и душевное смятение. Господи, она ведь думала, что умрет сию секунду!
Да что же это такое?!
Видение? Знамение? Предостережение?
Внезапно она поняла.
Все сразу обрело свой истинный смысл. Нервное возбуждение Фрейи, ее растрепанные волосы и загоревшиеся цветы во время помолвки, а затем — ее необычайная молчаливость, рассеянность и вспыхивающий порой яркий румянец — все свидетельствовало лишь об одном. Ингрид вспомнила, как странно Фрейя вела себя в течение лета — сны наяву, несвойственное ей витание в облаках, внезапные приступы смущения, сменявшиеся резкостью и замкнутостью. Совсем на нее не похоже. С ней явно что-то случилось, точнее, у нее кто-топоявился. Ведь такое бывало и раньше. Конечно! Наконец-то Ингрид догадалась.
Она поднялась с постели, накинула халат и посмотрела на часы. Половина первого. Фрейя домой еще не вернулась, но Ингрид почти наверняка знала, где ее искать. Они успели кратко переговорить после того, как сестра приехала из больницы. Врачи сказали, что у Тайлера обычный грипп. Но Ингрид очень встревожилась и надеялась, что у мальчика не будет осложнений. Только бы его состояние не ухудшилось! Хотя отныне Фрейя пребывала в бессрочном отпуске, она не могла долго держаться в стороне от привычной компании и стала одной из наиболее частых посетительниц бара. Ингрид лишь изредка туда заглядывала, но в целом ничего против подобных заведений не имела. Она отлично понимала, какие удовольствия они могут предоставить: веселую компанию, вкусный, хорошо приготовленный коктейль, легкое возбуждение, вызванное приятной музыкой. Время от времени перед уик-эндом в баре отеля «Север» бывали сотрудники библиотеки. Но с тех пор как Табита забеременела, а Хадсон сел на очередную диету (теперь на основе полной детоксикации организма), злачное местечко лишилось их присутствия.
Войдя в битком набитый зал, Ингрид кивком поздоровалась со знакомыми. К ней подлетела барменша Кристи:
— Что хочешь заказать, дорогая? — Долговязая женщина, набросив на плечо полотенце, выжидающе смотрела на Ингрид.
— Спасибо, сегодня я, пожалуй, пить не буду. Я ищу свою…
Ее слова утонули в громовом взрыве хохота, который донесся с противоположного конца бара. Кристи пожала плечами и заметила:
— Твоя сестрица в отличной форме. Хотя я предупредила ее, что если она не утихомирится, то я сама ей помогу. — И Кристи выразительно провела по горлу ребром ладони. — Она не пожелала мне ничего объяснить, но явно что-то случилось — Фрейя весь вечер хлещет текилу.
Ингрид кивнула. Именно текила была главным ответом Фрейи на любое эмоциональное потрясение.