Ведьмы с Восточного побережья

из помещения не позволяли даже на минуту. И Мэтт к ним время от времени наведывался, проверяя, как сестры себя чувствуют. По его встревоженному лицу и поджатым губам, да и по тем мрачным взглядам, которыми он обменивался с Ингрид, Фрейя догадалась, что детектив не испытывает восторга от их ареста, но от него ничего не зависит.
Наконец дверь отворилась и в комнату вошла Джоанна. Фрейя бросилась к матери, помогая сесть на ближайший к двери стул.
— Что здесь происходит? — спросила она, и Джоанна устало ответила:
— Полнейший абсурд. — Она озадаченно посмотрела на дочерей, явно не разобравшись в сложившейся ситуации. Впрочем, они попали в переделку именно из-за того, что слишком уж опасались прогневить Совет. Они боялись, что их действительно поразят гром и молния. Но Бошаны совершенно забыли, что мир людей — как раз то самое место, где им причинили больше всего горя и боли.
— И все-таки о чем им хотелось поговорить с тобой? И почему так долго? — спросила Фрейя.
Джоанна с изумлением воззрилась на нее, затем перевела взгляд на Ингрид и пробормотала:
— Мора Тэтчер очнулась. Пришла в себя после комы!
— Но это ведь хорошо? — спросила Ингрид.
— Ну, в общем, да. Хотя она заявила навестившим ее детективам, что именно я напала на них той ночью и я ударила Билла камнем по затылку и убила его. Она якобы видела преступление собственными глазами. А потом я нанесла ей удар, но, видимо, не сумела довести дело до конца. Представляете? В общем, по ее словам, смерть Билла на моей совести.

Прежде чем девушки успели отреагировать, дверь распахнулась. В комнату вошел Мэтт Ноубл и обратился ко всем троим:
— Мне очень жаль, но завтра нам придется продолжить. Сейчас очень поздно. — Он жалобно посмотрел на Ингрид, но она сделала вид, что ничего не заметила.
— Значит, мы свободны и можем уйти? — спросила Фрейя.
— Даже я? — осторожно прибавила Джоанна.
— Конечно. И вы тоже, миссис Бошан, — кивнул Мэтт. — Еще раз прошу у вас прощения за причиненное беспокойство и надеюсь, что завтра вы снова будете в участке и ответите на все оставшиеся у нас вопросы.
Фрейя быстро кивнула, сказав: «Ингрид, мама — вперед!», и решительно двинулась к выходу, ведя за собой мать и сестру. Ингрид охватило странное оцепенение, и она едва переставляла ноги. Джоанна просто выглядела сверх меры усталой.
— Мы сюда не вернемся, — внезапно произнесла Ингрид, в упор глядя на детектива. — Во всяком случае, без нашего адвоката мы на ваши вопросы отвечать больше не станем!
Что действительно хорошо в адвокатах, подумала Ингрид, так это безупречная пунктуальность. И они сами, и их счета всегда прибывают в точно назначенный срок. Адвокат Антонио Форсети имел безукоризненную репутацию. Кроме того, впрочем, он был еще и колдуном, а также старинным другом их семьи. Как и Бошаны, он не имел возможности практиковать магию с тех пор, как был наложен Запрет. Поэтому, перестав заниматься привычным делом, Форсети решил использовать свой природный талант посредника для создания одной из крупнейших и успешных легальных фирм Нью-Йорка. К Бошанам он прибыл спустя сутки и привез с собой массу новостей.
— Я побеседовал со здешним окружным прокурором, — начал Антонио, усаживаясь во главе стола. Он был крупным мужчиной с могучей, бочкообразной грудной клеткой. В пышной темной шевелюре практически не было седых волос, а после его крепкого дружеского рукопожатия Ингрид с трудом сдержала возглас боли.
— Что сказал прокурор? — спросила Джоанна высоким, взлетевшим на несколько октав голосом. — Меня арестуют?
Сестры весь вечер успокаивали мать, но она до самого утра пребывала на грани истерики. Джоанна спорила с дочерьми и убеждала их, что нужно поскорее покинуть эти края. В конце концов Ингрид заявила, что если она сбежит, то никогда больше не увидит Тайлера. Лишь тогда она пришла в себя и решила повременить.
— Пока об этом речи нет. У них на руках показания Моры Тэтчер против ваших заявлений о собственной невиновности. Мора только что вышла из комы, и ее рассказ нуждается в правдивом подтверждении. Но их карта бита. Во всяком случае, ее слова суд, разумеется, не убедят. Пока.
— А как же мы? Что им нужно? — подала голос Фрейя.
Форсети внимательно посмотрел на девушку:
— Тебя, например, они хотят расспросить о твоих любовных напитках, а Ингрид — о загадочных узелках. — Он сделал большой глоток кофе, поставил кружку и продолжил: — Они, кстати, обнаружили