Маленький, ничем не примечательный городок на Лонг-Айленде. И его на первый взгляд тоже ничем не примечательные жительницы – женщины семейства Бошан – Джоанна и ее взрослые дочери, Ингрид и Фрейя. Ингрид работает в библиотеке, Фрейя – в баре, Джоанна тоже не сидит без дела, занимается огородом и постоянно переделывает старый дом на берегу Атлантического океана. Но их настоящая стихия – магия, ведь они вовсе не обычные люди, а бессмертные древнейшие создания, называемые то ведьмами, то валькириями…
Авторы: де ла Круз Мелисса
— Да.
— С какой целью?
— Корки Хатчинсон подозревала мужа в измене. Я связала для нее «узелок верности» и велела положить ему под подушку. Такие действия должно были удержать его от походов налево. Самое главное, он стал бы проводить больше времени дома. Но, разумеется, необходимо, чтобы и она сама находилась дома.
— Вы признаете, что узел на петле самоубийцы выглядит в точности так же, как и тот, который сделали вы?
— Да, но… узлы вообще такне действуют, — запротестовала Ингрид. — Они не способны довести человека до самоубийства. Они лишь помогают раскрыть…
— Вы утверждаете, что «небольшой талисман» ничем не мог навредить нашему мэру и уж тем более привести его к смерти? Значит, здесь простое совпадение — то, что оба узла выглядят совершенно одинаковыми?
— Да.
— И вы считаете, что узелок, который вы вручили жене мистера Хатчинсона, не вызвал у него бессонницу, никак не повлиял на его личность и не привел к полному отчуждению от жены? Каково же в таком случае влияние талисмана на конкретного человека или на взаимоотношения пары?
— Точно не знаю, но они удерживают людей от расставания — если, конечно, те хотят быть вместе хотя бы подсознательно. Благодаря узелкам чувства становятся более явными…
— И ошибка в ваших расчетах исключена?
— Ну, я не утверждаю…
— Значит, все-таки имеется вероятность!
— Не знаю, — повторила Ингрид устало. — Прежде никогда не случалось ничего подобного. Мы практикуем белую магию. Мы не…
— Белая магия! — Детектив оскалил зубы, закрыл блокнот и хлопнул им по столу. — Что ж, полагаю, мы закончили.
Когда они вышли на улицу, Ингрид повернулась к Форсети. Тот, отдуваясь, вытирал лоб носовым платком.
— Просто не верится, что Мэтт не пришел поддержать нас! — воскликнула Ингрид. — Возможно, нам не стоило признаваться в том, что мы ведьмы?
Фрейя тяжело вздохнула. Ее сестрица порой проявляла редкостное тупоумие!
— Господи, Ингрид! Что есть то есть! Теперь все равно ничего не изменишь!
— Неужели нас арестуют? — спросила Ингрид, приходя в ужас, поскольку адвокат хранил молчание. Похоже, он напрочь лишился дара речи.
И снова ей ответила Фрейя, бессильно пожимая поникшими плечами:
— А ты как думаешь?
Тогда Ингрид пришлось признать, что они, наверное, допустили кое-какие просчеты в своей новой стратегии.
Наступил уже конец августа — влажный и липкий, но ареста не последовало. Джоанна, Фрейя и Ингрид сидели дома, каждая в своем углу, и в одиночестве предавались тревоге и отчаянию. Фрейя не выдержала и тайком вернулась в бар, чтобы помочь Кристи. Джоанна большую часть времени проводила в больнице у Тайлера. Ингрид продолжала работать, как обычно.
В один из дней, когда библиотека уже закрылась для посетителей и в пустом читальном зале настала долгожданная тишина, Ингрид зашла в свой кабинет. Сев за письменный стол, она стала напряженно думать. Странное лето выдалось в Нортгемптоне. В привычной обстановке библиотеки она чувствовала себя вполне уютно, но из головы не выходили серебристые «опухоли», которые она часто обнаруживала в телах здешних женщин. Странной была эта волна необъяснимых заболеваний и бедствий, обрушившихся на горожан. Ингрид вспомнила все — жуткую груду мертвых животных в хлеву у Лайонела Хорнинга, загадочный подводный взрыв, серую субстанцию на поверхности океана и сходные скопления ядовитого вещества, обнаруженные в других частях света. А если это звенья одной цепи? Впрочем, какой-то частицы явно не хватало, и Ингрид не удавалось соединить события воедино.
Однако она была уверена — все обрушившиеся на городок несчастья связаны со «Светлым Раем» и исчезнувшими «синьками». Мать сказала, что под усадьбой Гарднеров проходит граница между двумя мирами. Впрочем, Ингрид подозревала — помимо «шва» остров хранит нечто очень важное. Здесь скрыта великая тайна, но кто-то очень не хочет, чтобы она, Ингрид, все разгадала. Она вдруг вспомнила случайный снимок, который сделала камерой мобильника в начале лета. Ей удалось запечатлеть не только общий план бального зала, но и таинственную дверь в углу. Ингрид сразу же отослала копию отцу. Она включила настольную лампу на полную мощность, вытащила из сумочки телефон и мгновенно отыскала нужную картинку. Ура! Спустя пару минут принтер десятилетней давности распечатал чертеж.
Ингрид принялась внимательно его изучать. Крошечная фотография была автоматически увеличена до размеров
