Что происходит на Земле, где искать причину гибели цивилизации? Этими вопросами задается бродяга Алекс, исследующий руины в поисках забытых книг. А может, в чем-то прав нелюдимый отшельник по прозвищу Швед, который, перетолковывая скандинавские мифы, объясняет катаклизм пробуждением древнего великана? Но, что бы ни разбудило стихию, ее ярость Алексу и Шведу придется испытать на себе, когда они поведут тайным путем отряд Черного Рынка, которым командует жестокий и непреклонный атаман.
Авторы: Следопыт
каморке, куда они нас хотели запереть?
Миронов поглядел на дверь.
— Пожалуй… у Батьки к нему вопросы будут. А то и у самого Хана. Давайте его под замок.
Разобрав оружие, освободившиеся пленные вышли в длинный коридор и, прижимаясь к стенам, направились к цеху. Там стрельбы не смолкала – люди Батьки изображали штурм, но, пока Миронов не подал знак, действовали вяло. Впустую рисковать никому не хотелось, а армейцы не нервничали, так как знали, что штурмующие ждут поддержки изнутри, а ее не будет. Обе стороны, выжидая, вели неспешную перестрелку.
Швед перебежал к противоположной стене, Алекс следом.
— Я не знал, что так получится, — бросил через плечо отшельник. – Не мог знать! Теперь армейцы нас точно прикончат, если мы их первыми не перемочим. Теперь задний ход уже не дашь, а? Змей Ермунганд уже укусил свой хвост, и судьбы замкнулись…
— Они бы нас все равно не отпустили, — без уверенности ответил Алекс.
— Да, наверное.
— Ладно. Что сделано, то сделано. Чего уж теперь-то…
Коридор пересекли без приключений, в производственном зале тоже никого не наблюдалось – армейцы находились за ним, у въезда в цех. Люк, через который группа Черного Рынка поднялась из подземелья, был сейчас закрыт и привален тяжеленными стальными болванками.
— Леха, а как это со мной началось? – не оборачиваясь, спросил Швед.
Они двигались через зал, перебегая от укрытия к укрытию, и не сводили глаз с входа. Там, не смолкая, звучали выстрелы.
— Ты бумажку схватил, прочел: «Вектор».
— Вектор… Вектор… нет, не помню. Значит, что-то было у меня в прошлом такое, что связано с этим «Вектором». А что за бумажка-то?
— Не знаю, я ее видел только пару секунд, ты мне показал, потом сержант тебя прикладом по затылку двинул, ну ты и «включился». Вроде, накладная на поставку реактивов. А, нет, заказ! Заказ на поставку. Получатель: «Вектор», что-то в этом роде. Слушай, я еще хотел сказать…
— Все, тихо! Потом поговорим!
Алекс собирался сказать о том, что таинственный преследователь из подземелья уже на заводе, но не успел. Они подошли к выходу, и Швед подобрался, готовясь к броску. Он выглянул из-за косяка широкого проема, потом посмотрел на Алекса и покачал головой:
— Плохо. Они грамотно рассредоточились, отсюда перестрелку вести не с руки. Нужно пробраться дальше, там будет, где укрыться.
Алекс из-за его плеча видел только часть широкого помещения, но обзор заслонял грузовик – по всей видимости, тот, на котором приехали армейцы.
— Наружу проем широкий, ворота выбиты, — продолжал тихо бубнить Швед. Он снова стал прежним, неторопливым и рассудительным, и теперь проговаривал собственные мысли вслух. – Там баррикада, и никого нет. Стрелки у окон, позиции подготовлены. Человек пятнадцать, остальные на крыше. Сверху атакующие у них как на ладони, подобраться не дадут. Но если мы ударим в спину этим, которые внизу, то дело обернется в пользу Черного Рынка. Эй, Миронов!
Командир тоже выглядывал из-за простенка со своей стороны коридора и, похоже, пришел к тому же выводу: у входа оставаться нельзя.
— Миронов, сейчас все перебегаем за грузовик, слышал? Без шума! Подберем позиции, разойдемся, приготовимся. А потом уже начнем стрельбу.
Миронов кивнул и первым бросился в проход. Потом за грузовик перебежал Швед, Алекс выждал полминуты и помчался следом. На бегу осмотрел позиции армейцев. Арка въезда была перегорожена баррикадой двухметровой высоты, бойцы заняли позиции у окон, до половины заложенных кирпичами и ржавыми железками. Окна, и без того, небольшие, превратились в бойницы. Время от времени армейцы выглядывали, но никто не стрелял, огонь вели с крыши.
Разведчик Черного Рынка говорил, что цех номер семнадцать огорожен двухметровым забором. Если кочевники начнут взбираться – их легко перестрелять на гребне. Плюс с крыши все хорошо видно, оттуда тоже огонь будет убийственный. Значит, чернорыночники сейчас подбираются к ограде, перебегают от укрытия к укрытию, ведут перестрелку с теми, что на крыше.
Когда Алекс добежал к грузовику и присел за колесом, к звукам пальбы за оградой добавился рев мотора. Похоже, бронированная «таратайка» маневрировала, приближаясь к забору цеха. Армейцы у окон завертели головами, переглядываясь и прислушиваясь.
— Сейчас они успокоятся, и можно начинать, — шепнул Швед. – Мы с Алексом направо, а вы налево.
Миронов кивнул:
— Патронов не жалеть, нас маловато, нужно сразу как можно больше их людей из строя вывести.
Конечно. Как можно больше. Алекс вздохнул – именно это ему и не нравилось… В книгах, которые он пристрастился читать, все было иначе, там обычно шла речь о гуманизме, о ценности
