Великолепно!

волнами ниспадавших вниз от талии. Эмма потребовала, чтобы платье было относительно простым, поэтому его не украшали ни драгоценные камни, ни пышные банты.
Результат оказался сногсшибательным. Вырез платья удачно подчеркивал хрупкость и грацию Эммы, изящную линию ее шеи. Но особо удачным был цвет платья.
Сначала Эмма остановилась на белом, но мадам Ламбер настояла на цвете слоновой кости и оказалась совершенно права. Теперь, благодаря платью, лицо Эммы словно светилось.
Наконец наступил день свадьбы, который начался с того, что в комнату ворвалась Белл и без всяких предисловий набросилась на Эмму с вопросами:
– Ты волнуешься?
– Ужасно!
– Хорошо. Как тебе известно, так и должно быть. В конце концов, брак – серьезный шаг, возможно, важнейшее событие в жизни женщины. Конечно, если вспомнить о рождении и смерти…
– Довольно! – Эмма, недолго раздумывая, запустила в кузину подушкой.
– Какая черная неблагодарность! – возмутилась Белл. – Я заказала для нас горячий шоколад, и его уже несут, а ты…
– А я – что?
– Ну едва ли ты захочешь съесть нынче утром что-нибудь более существенное. – Белл явно решила пойти на попятный.
– Это точно, – согласилась Эмма, довольно оглядывая себя в зеркало.
Неожиданно лицо Белл приняло серьезное выражение, и она озабоченно спросила:
– У тебя нет сомнений?
– Конечно, нет. Я люблю Алекса, а это главное. Жаль, что отец не сможет присутствовать на свадьбе и повести меня к алтарю.
Белл ободряюще похлопала Эмму по плечу:
– Сочувствую, но… В конце концов, у тебя есть мы, а семья Эшборна тебя просто обожает.
Послышался стук в дверь, и в комнату вошла Софи.
– Я велела горничной принести еще одну порцию шоколада, – сказала она. – Надеюсь, вы не возражаете?
– Конечно, нет, – ответила Эмма с улыбкой.
– Не могу поверить, что в доме такая суматоха, – продолжала Софи. – Кто-нибудь из вас спускался вниз?
– Никто.
– И правильно: это просто сумасшедший дом. Меня чуть не сбил с ног лакей, а между тем гости уже начинают прибывать.
– Ты шутишь! – недоверчиво воскликнула Белл. – Чтобы приехать к этому часу, они должны были подняться в четыре утра.
– Мама предложила переночевать здесь всем желающим, но к завтрашнему дню все должны уехать.
– Ты уже видела Алекса? – поинтересовалась Эмма.
– Нет, – Софи приняла чашку шоколада от бесшумно появившейся в комнате горничной, – но Данфорд сказал, что Алекс уже лезет на стену. Полагаю, он мечтает только о том, чтобы все кончилось поскорее.
– Не он один, – пробормотала Эмма и незаметно вздохнула.
Свадьба была назначена на полдень, и в половине двенадцатого Эмма выглянула из окна, чтобы увидеть, что происходит на южной лужайке Уэстонберта.
– Господи! – Она чуть не задохнулась от волнения. – По-моему, там собралось не менее двухсот человек!
– Четырехсот, я полагаю. – Белл усмехнулась. – Мама составила список из шестисот, но…
– Знаю-знаю. У нее не хватило времени пригласить всех.
Праздник и в самом деле обещал быть грандиозным событием. Веселого вида полосатые тенты разбежались по лужайке яркими пятнами, готовясь защитить гостей от раннего июльского солнца. Как и обещал Алекс, повсюду колыхалось море цветов. Эмма даже затруднялась сосчитать количество букетов.
– Боже! – выдохнула она. – Я бы ни за что не позволила тете Кэролайн так размахнуться. Больше половины этих людей мне неизвестны.
– Но они-то тебя знают! – примирительно заметила Софи.
– Да и какое все это имеет значение. Лучше скажи, можешь поверить, что скоро станешь герцогиней? – Белл прищурилась.
– По правде говоря, нет, – откровенно призналась Эмма, и это была чистая правда.
Когда незаметно подошел полдень, Эмма стояла у входа в шатер и так волновалась, что с трудом слышала звуки струнного квартета, игравшего пьесу Моцарта.
Белл ободряюще сжала руку Эммы:
– Я люблю тебя, Эмма Данстер.
– Последний раз меня называют этим именем, – ответила Эмма шепотом.
– Имя Эмма Риджли, по-моему, звучит ничуть не хуже, – со значением произнес Генри и взял племянницу за руку. – Особенно если речь идет о герцогине Эшборн.
Кивнув, Эмма смахнула навернувшиеся слезы.
– Благодарю, дядя Генри. И знайте, я вас очень люблю.
– Я тебя тоже, племянница. – Генри быстро огляделся. – Не пора ли нам отправляться? Думаю, твой герцог сейчас приедет сюда и потащит тебя силой к алтарю, если мы не поспешим.
Глубоко вздохнув, Эмма с трепетом сделала первый шаг. Однако когда она увидела Алекса, ожидающего ее у алтаря, все ее страхи начали рассеиваться.