В лодочном домике на берегу озера найдено тело Яна Крессуэлла, управляющего финансами процветающей компании «Файрклог индастриз». Местные власти констатируют смерть в результате несчастного случая – Ян утонул, ударившись головой о камни причала. Но семья Файрклог, не удовлетворившись официальным заключением, начинает собственное расследование. Глава семейства обратился к руководству Скотленд-Ярда – и на место происшествия выехал инспектор Томас Линли. Как всегда, ему помогает детектив Барбара Хейверс. Но в процессе расследования обстоятельств смерти Крессуэлла взору Линли является такое хитросплетение семейных отношений, тайн и лжи, что гибель Яна отходит на второй план…
Авторы: Элизабет Джордж
а рассчитываться за это должна я, потому что не сочла нужным рассказать тебе обо всём?
— Ох, только не нужно изображать из себя страдающую невинность, — бросила Валери.
— Ну и ну, — пробормотал Фредди.
Валери продолжила:
— Ты прекрасно знаешь, почему ничего не рассказала мне. Ты использовала свои знания для примитивного шантажа. Теперь тебе придётся встать на собственные ноги, которые отлично тебя держат, и поблагодарить бога за то, что я не прошу инспектора арестовать тебя. А помимо, всё, что относится к Вивьен Талли, касается только меня и твоего отца. Это не твоё дело. Вивьен Талли — не твоё дело. Тебя сейчас должно интересовать только одно: как жить дальше, потому что начиная с завтрашнего утра твоя жизнь сильно изменится.
Миньон повернулась к отцу. Вид у неё был как у особы, которая припрятала в рукаве несколько козырей.
— И ты со всем этим согласен, так? — спросила она отца.
— Миньон… — выдохнул Файрклог.
— Ты должен сказать. И прямо сейчас, папа.
— Довольно уже, Миньон, — произнёс Бернард. — Нет необходимости…
— Боюсь, что есть.
— Валери… — Бернард решил воззвать к жене. Он был похож на человека, окинувшего взглядом всю свою жизнь и понявшего, что она летит под откос. — Мне кажется, ты уж слишком… Если бы мы как-то обсудили…
— Обсудили что? — резко спросила Валери.
— Ну… возможность проявления милосердия. В конце концов, она ведь действительно сильно пострадала тогда… и операция… Она не слишком здорова. И никогда не будет здоровой полностью. Ты ведь знаешь, она не сможет зарабатывать себе на жизнь.
— Она это может точно так же, как я, — вмешалась Манетт. — Так же, как любой в этой комнате. Папа, будь честен с собой, мама ведь абсолютно права! Пора уже покончить со всей этой чушью. Иначе это станет самым дорогим переломом в истории человечества, если учесть, сколько Миньон за него получила.
Но Валери пристально смотрела на мужа. Линли видел, как на лбу Файрклога выступили капли пота. И его жена тоже, конечно, это заметила, потому что повернулась к Миньон и тихо сказала:
— Что ж, выкладывай остальное.
— Папа? — вопросительно произнесла Миньон.
— Бога ради, Валери… дай ей то, чего она хочет.
— Нет, не дам, — ответила его жена. — И не подумаю.
— Тогда пора нам поболтать о Бьянке, — заявила Миньон. Её отец в ужасе закрыл глаза.
— Кто такая Бьянка? — громко спросила Манетт.
— Так уж получилось, что это наша младшая сестра, — сообщила Миньон. И снова уставилась на отца. — Хочешь рассказать о ней, папа?
Алатея Файрклог встревожилась, когда ей позвонила Люси Кеверни. Они ведь договаривались, что Люси никогда не будет ей звонить, ни на мобильный, ни на стационарный телефон в Арнсайд-хаусе. Конечно, Люси знала её номера, потому что таким способом Алатея пыталась придать законный вид тому незаконному, что происходило между ними. Но она сразу дала понять Люси, что звонок ей положит конец всему, а ведь ни одна из них этого не хотела.
— Но что делать в случае крайней необходимости? — спросила тогда Люси, вполне разумно.
— Тогда, конечно, ты должна позвонить. Но ты, надеюсь, поймёшь, если в тот момент я не смогу с тобой разговаривать.
— Нам нужно нечто вроде кода.
— Для чего?
— Для такого случая, когда ты не сможешь говорить. Ты ведь не можешь просто сказать: «Извини, я сейчас не могу разваривать», если твой муж окажется рядом. Это было бы уж слишком откровенно, да?
— Да. Конечно. — Алатея немного подумала над словами Люси. — Я скажу: «Нет, извините. Я не отправляла никаких посылок». А как только смогу, перезвоню тебе. Но, может быть, не сразу. Может быть, только на следующий день.
Так они и договорились. До сих пор всё шло спокойно, и у Люси не возникало необходимости звонить. И все вполне естественные страхи Алатеи относительно их весьма конфиденциального договора со временем утихли. Поэтому, когда Люси позвонила почти сразу после их поездки в Ланкастер, Алатея поняла, что случилось нечто дурное.
Насколько дурное, стало ясно через несколько мгновений Их видели вместе там, в университете, сообщила ей Люси. Их видели в здании лабораторий. Может, это ничего бы и не значило, но та женщина проследила за ними от университетского городка до приюта инвалидов войны. И пожелала поговорить о суррогатном материнстве. Она ищет суррогатную мать которая выносила бы ребёнка для неё. И это тоже могло ничего не значить. Но тот факт, что женщина решила поговорить с Люси, а не с Алатеей…
— Она сказала, что у тебя «особый взгляд», — пояснила Люси. — Сказала,
