В лодочном домике на берегу озера найдено тело Яна Крессуэлла, управляющего финансами процветающей компании «Файрклог индастриз». Местные власти констатируют смерть в результате несчастного случая – Ян утонул, ударившись головой о камни причала. Но семья Файрклог, не удовлетворившись официальным заключением, начинает собственное расследование. Глава семейства обратился к руководству Скотленд-Ярда – и на место происшествия выехал инспектор Томас Линли. Как всегда, ему помогает детектив Барбара Хейверс. Но в процессе расследования обстоятельств смерти Крессуэлла взору Линли является такое хитросплетение семейных отношений, тайн и лжи, что гибель Яна отходит на второй план…
Авторы: Элизабет Джордж
на человека, который спланировал убийство собственного двоюродного брата, если это действительно было убийство. Конечно, Николас не упоминал о смерти Яна Крессуэлла. То, что утонул некий человек — как бы это ни было неприятно, — не имело никакого отношения к тому предлогу, под которым Дебора приехала сюда. Она, впрочем, не была уверена, что и дальше будет уходить от этой темы. Ей казалось, что нужно так или иначе ввести Крессуэлла в картину событий.
К сожалению, это не было её сильной стороной. Обычно ей было трудно просто так болтать с людьми, хотя она всё же сумела отчасти овладеть этим искусством с тех пор, как поняла, что лучшие снимки получаются тогда, когда объект съёмок чувствует себя свободно. Но такая болтовня, по крайней мере, была на свой лад честной. А вот теперь, когда ей нужно было прикидываться тем, кем она не являлась, она оказалась в затруднительном положении.
К счастью, Николас вроде бы ничего не замечал. Он был слишком сосредоточен на том, чтобы убедить Дебору в том, что его жена поддерживает его работу.
— Она может показаться вам не слишком приветливой, пока вы не узнаете её лучше, — говорил он Деборе, в то время как они петляли по узкой дороге. — Это в её натуре. Но вы не должны принимать это на свой счёт. Алли вообще не слишком доверяет людям. Это связано с её семьёй. — Он улыбнулся. Лицо у Николаса было до странности юным, как у мальчишки, ещё не достигшего зрелости, и Дебора предположила, что он, скорее всего, останется таким до самой смерти. Есть такие люди. — Её отец — мэр города, в котором она родилась. В Аргентине. Он был мэром много лет, так что она выросла под пристальными взглядами окружающих и научилась постоянно следить за тем, что делает. И ей всегда кажется, что за ней кто-то наблюдает, чтобы поймать… ну, не знаю на чём. В общем, из-за этого она поначалу очень осторожна с новыми людьми. Её доверие приходится завоёвывать.
— Она очень хороша собой, ваша жена, — сказала Дебора. — Думаю, это тоже могло породить проблемы для девушки, к которой привлечено слишком много внимания, особенно в маленьком городе. Все взгляды устремлены к ней… ну, вы понимаете. А из какой она области Аргентины?
— Санта-Мария ди-чего-то-там. Я вечно забываю. В названии около десяти слов. Это где-то в горной части или вроде того. Извините. Для меня все эти испанские слова звучат одинаково. У меня полностью отсутствует языковой слух. Я и английский-то с трудом освоил. Ну, ей всё равно не нравится то место. Она говорит, что оно вроде заставы на Луне. Полагаю, невелико поселение, а? В общем, она сбежала из дома, когда ей было около пятнадцати лет. Потом, конечно, дала знать о себе родным, но назад не вернулась.
— Наверняка родные скучают по ней.
— Вот этого я не знаю, — признался Николас. — Хотя, думаю, должны скучать, так ведь?
— Так вы с ними никогда не встречались? Они не приезжали к вам на свадьбу?
— Ну, на самом деле особой свадьбы у нас и не было. Мы с Алли просто расписались в мэрии в Солт-Лэйк-Сити. Кто-то из чиновников провёл церемонию, а в свидетели мы позвали двух женщин с улицы. Потом Алли написала своим родителям, сообщила о том, что вышла замуж, но те не ответили. Наверное, обиделись на неё. Но они её простят. Так всегда бывает, особенно, — он усмехнулся, — когда заходит речь о скором появлении внуков.
Это объясняло наличие в доме журнала, который видела Дебора. «Зачатие», с его бесчисленными историями о внутриутробном том, послеродовом этом…
— Так вы ожидаете?..
— Нет-нет, пока нет. Но это может случиться уже скоро. — Николас слегка побарабанил пальцами по рулевому колесу. — Я очень счастливый человек, — сказал он.
Потом он показал вперёд, на осенний лес к востоку от дороги, по которой они ехали, — янтарные и золотые лиственные деревья резко вырисовывались на фоне тёмных елей.
— Миддлбэрроу-Вуд, — пояснил Николас. — Оттуда видно оборонительную башню.
И он повернул на придорожную площадку для машин, чтобы Дебора увидела обещанное.
Башня, видневшаяся с площадки, стояла на небольшом возвышении, похожем на доисторический могильный холм, какие были сплошь разбросаны в этой части Англии. За холмом начинался лес, хотя сама башня находилась на открытом месте. Это обеспечивало её защитникам отличную позицию на тот случай, если кто-то нарушал границы, а это происходило регулярно в течение столетий, когда граница между Англией и Шотландией то и дело сдвигалась с места на место. И нарушители появлялись тоже регулярно. В основном это были просто грабители, которые пользовались беззаконием того времени и упражнялись в искусстве кражи коров и прочего скота, вторгались в дома и отбирали у беззащитных жителей всё, что у тех имелось. Их целью было награбить
