В лодочном домике на берегу озера найдено тело Яна Крессуэлла, управляющего финансами процветающей компании «Файрклог индастриз». Местные власти констатируют смерть в результате несчастного случая – Ян утонул, ударившись головой о камни причала. Но семья Файрклог, не удовлетворившись официальным заключением, начинает собственное расследование. Глава семейства обратился к руководству Скотленд-Ярда – и на место происшествия выехал инспектор Томас Линли. Как всегда, ему помогает детектив Барбара Хейверс. Но в процессе расследования обстоятельств смерти Крессуэлла взору Линли является такое хитросплетение семейных отношений, тайн и лжи, что гибель Яна отходит на второй план…
Авторы: Элизабет Джордж
тему зачатия вполне могли исказить её суждения.
Линли видел, что Дебора без труда прочитала мысли своего мужа, как и он сам их прочитал, потому что она сказала:
— Ко мне это не имеет отношения, Саймон. Томми ищет что-нибудь необычное, вот я и подумала… Что, если наркотики лишили Николаса возможности продолжить род, но Алатея не хочет, чтобы он об этом знал? Врач мог сказать об этом ей, но не ему, ему он мог солгать ради самолюбия Николаса, чтобы он не сорвался снова. И что, если она, узнав, что Николас не может дать ей ребёнка, попросила Яна поучаствовать в этом процессе… ну, вы меня поняли.
— Чтобы всё осталось в семье? — спросил Линли. — Ну, тут возможно что угодно.
— И ещё вот что, — продолжила Дебора. — Некий репортёр из «Сорс»…
— Ох, боже…
— …приезжал к ним четырежды, якобы работая над статьёй о Николасе. Четыре визита — и никакого результата, Томми! Это мне рассказал один из участников проекта «Миддлбэрроу-пеле».
— Если это действительно «Сорс», то они почуяли грязь на чьих-то подошвах, — заметил Сент-Джеймс.
Линли подумал о том, на чьих ногах могла оказаться эта грязь. И сказал:
— Любовник Крессуэлла явно был там какое-то время, в смысле на территории Айрелет-холла, потому что он работает на Валери. Его зовут Кавех Мехран.
— Констебль Шлихт о нём упоминал, — сказал Сент-Джеймс. — А у него могли быть мотивы?
— Существует завещание и страховка, возможно, в них дело.
— Кто-то ещё заинтересован?
— В смысле мотива для убийства?
Линли рассказал друзьям о встрече с Миньон Файрклог: о её нелестном отзыве о родительском браке и о том, как она тут же, по сути, отказалась от своих слов. Ещё он рассказал им о пробелах в прошлом Николаса, которые Миньон с удовольствием заполнила. И закончил так:
— Она, конечно, та ещё штучка, и у меня сложилось впечатление, что она по какой-то причине имеет нечто вроде власти над родителями. Так что тут мог быть замешан и сам Файрклог.
— Шантаж? И Крессуэлл как-то об этом узнал?
— Кто знает… Она живёт на территории владения, но не собственно в доме. Подозреваю, что Бернард Файрклог сам соорудил для неё эту берлогу, и не удивлюсь, если единственной причиной к тому было желание держать её подальше. Но есть и ещё одна сестра. Её я пока не видел.
Потом Саймон сообщил, что Бернард Файрклог передал ему некую видеозапись. Он предположил, что Линли стоит её посмотреть, потому что если в смерти Яна действительно кто-то был виновен, то «лучше увидеть, чем услышать».
Это была видеозапись похорон, сделанная для того, чтобы отослать её отцу Яна в Кению, поскольку тот был слишком слаб, чтобы совершить столь дальнее путешествие ради прощания с сыном. Линли уже просмотрел её вместе с Файрклогом, и тот особо подчеркнул один момент. Найэм Крессуэлл, бывшая женой Яна семнадцать лет, мать двоих его детей, не присутствовала на прощании. Файрклог сказал, что она могла бы прийти хотя бы ради того, чтобы поддержать горюющих детей.
— Он также рассказал мне кое-какие подробности о конце брака Яна Крессуэлла.
Линли рассказал друзьям всё, что ему стало известно, и Саймон с Деборой одновременно произнесли:
— Это же мотив, Томми!
— Фурия в аду — ничто в сравнении с брошенной женщиной. Да. Но вряд ли Найэм Крессуэлл могла тайком пробраться в Айрелет-холл, так чтобы её никто не заметил, никто ведь до сих пор не упомянул о том, что её там видели.
— Во всяком случае, — возразил Сент-Джеймс, — на неё следует обратить внимание. Месть — очень сильный мотив.
— Я с этим согласна, — кивнула Дебора. — Но и остальные смертные грехи вызывают слишком сильные чувства. Иначе почему бы их называли смертными?
Линли улыбнулся.
— Наверное, так. В общем, нам нужно проверить, получает ли она какую-то выгоду, кроме радости отмщения.
— То есть мы снова возвращаемся к завещанию. Или к страховке, — сказал Сент-Джеймс. — Это нелегко будет разузнать, если продолжать делать вид, что мы оказались в Камбрии случайно, Томми.
— Я тоже не могу действовать напрямую. В этом ты прав, — сказал Линли. — Но есть кое-кто, кто сможет это для нас сделать.
К тому времени, когда они закончили своё совещание, было уже слишком поздно для необходимого инспектору звонка. Поэтому вместо того он позвонил Изабелле. По правде говоря, он по ней соскучился. Хотя точно так же искренне Томас радовался тому, что оказался вдали от неё. Но не потому, что испытывал какое-то нежелание быть в её компании. Нет, дело было в том, что ему было необходимо понять, как он будет чувствовать себя вдали от неё. То, что он ежедневно
