Верить в сказки

о том, что эльфы — одни из старших и любимых Детей Света…
Странно, в отличие от других участников второго круга, вышедших с нижней арены, одежда Даниса выглядела безупречно: ни порезов, ни подпалин, ни иных следов боя. Он поднял на меня свои чистые глаза, и мне стало стыдно. Как я могла забыть о Данисе и предпочесть ему Венатора? Сердце молчало.

Глава 5.

Состязания признали оконченными, а победителем стал Данис.
Во время ливня умерла еще одна девушка из ШОМы — Соня Ламм. Как и Яренка, она послужила для кого-то главным составляющим древнего ритуала. Никаких следов, естественно, не обнаружили — опять эмоциональный фон все перебивал. Соню убили в переходе между секторами со зрительскими местами, как раз в разгар ливня. Девушка могла быть испугана, или наоборот, обрадована — если вспомнить рев зрителей во время Состязаний, то становится понятно — равнодушных к происходящему на арене не было. Эмоции, эмоции…
Мои же эмоции и чувства бросались из крайности в крайность.
Я мысленно сравнивала Даниса и Венатора. Даже составила воображаемую таблицу:
Данис Венатор

Светлый эльф Неизвестный темный

Чуткий и внимательный, робкий Самоуверенный и слегка наглый

Вежливый Бывает грубым

Осторожный Бесстрашный

Эти качества были и плюсами и минусами у обоих одновременно. Как посмотреть.
Оба мне нравились. Но, если с Данисом я чувствовала себя спокойно, и на душе было мирно, то с Венатором я не знала, чего ожидать в следующую минуту. И это зашкаливание эмоций и чувств мне ужасно нравилось! А еще мне очень хотелось быть с ним. Да, и еще — я больше не чувствовала Даниса, сама точно не знаю, когда это произошло…
После первого дня Состязаний, мама и папа обновили охранку. Занятия в ШОМе отменили на неопределенное время — из Института теперь уже приехала группа экспертов. Студентам, а в особенности девушкам-студенткам, запретили покидать территорию кампуса. Стража Орисса усилила патрули. Всем стало по-настоящему страшно.
На следующий день после Состязаний к нам домой пришла Инга.
— Тата, что же это творится-то такое? — подруга сидела на моем широком подоконнике и нервно переплетала косу. — Твои родители ничего нового не говорят? Может, что-то уже выяснилось?
— Нет, Инга, они ничего не знают. Только то, что официально сообщили градоначальник и Леди Агициус. Если бы что-то стало известно, мама тут же мне рассказала бы, ты же знаешь, — вздохнула я.
— Эх, я уже целый день Лэма не видела, — вздохнула Инга и вдруг спросила, подойдя к зеркалу, — А почему у тебя зеркало занавешено?
— Да так…
— Слушай, неужели заработало? — не отставала от меня Инга и, сдернув с него покрывало, стала с интересом всматриваться в своё отражение.
Подруга была в курсе моих тщетных попыток узнать по нему будущее, пару раз даже сама пробовала, но и у неё ничего не вышло. Теперь-то мне ясно, почему, а тогда мы с ней были очень расстроены.
— Я гадала по воде из Степной, — Инга села рядом на кровать и мечтательно прикрыла глаза. — Ждет нас с Лэммом свадьба в скором будущем, и золото, и радость долгая.
— Поздравляю, — хмыкнула я.
Зная от Инги о крутом нраве её отца-градоначальника маленького городка Роу, что около Окских гор, можно не гадая сказать: Лэму хочешь — не хочешь, а придется жениться на моей подруге. А уж приданое своей единственной дочери градоначальник даст золотом, кто ж сомневается. Вот и будут оба рады: Инга — что замуж вышла, Лэмм — что удачно женился.
— Ты какая-то хмурая, — разглядывая меня, протянула Инга. — Расскажи-ка, что у тебя с Венатором? Вся ШОМа гудит об этом. Такой загадочный красавчик-старшекурсник, и ты, дочь замечательных родителей! Если б не убийства, это было бы новостью дня!
— Мы встречаемся, он пару раз дарил мне ноймы, водил на свидания. Папа обещал повесить его на березе около нашего дома, если со мной что-то случится, — я очень коротко и сухо пересказала наши отношения.
— О-о, у вас все серьезно, — сделала она, на мой взгляд, необоснованный вывод. — А Данис что?
— Данис? — я начинала злиться от глупых вопросов Инги.
«Уберите её от меня, она меня бесит!» — словно кричало все во мне.
— Вы вроде бы с ним были …, — неуверенно начала Инга, но замолчала под моим тяжелым взглядом.
К нам поднялась мама. Перед ней леветировал поднос со всякими вкусностями из кондитерской мэтра Деи. В отличие от студентов, на преподавателей ограничения в передвижении не распространялись. Инга даже чуть прослезилась, увидев сделанные руками Лэмма сладости.
— Инга, угощайся, а то Таточка в последнее время совсем есть перестала. Мама опустила поднос на кровать перед нами и села