Верить в сказки

над Окскими горами, а под нами та самая речушка с зарослями ноймов по берегам. Их запах был таким явным и нежным, что я проснулась.
За раскрытым окном едва брезжил рассвет, по потолку в спальне гуляли блики от волн Степной. Мне стало так тоскливо, что захотелось расплакаться. Встав с кровати, я подошла к окну и замерла.
Прямо под окном стоял Венатор с букетом ноймов. «Так вот откуда запах!» — пронеслось в моей голове. Блондинчик же, словно почувствовав мой взгляд, поднял голову. Увидев меня, он ухмыльнулся, и от этой такой привычной чуть самодовольной ухмылочки мне стало очень спокойно. Я помахала ему рукой, а он махнул мне в ответ, показывая куда-то наверх. Проследив глазами в этом направлении и ничего необычного на небе не увидев, я взглянула вниз, но Венатора там не оказалось. Зато я почувствовала его дыхание на своём затылке.
— Тата, — прошептал он, а я растерялась.
Что мне делать? Как он переместился ко мне в комнату, не потревожив охранные плетения? Зачем он здесь?
— Я принес тебе ноймы, — он мягко развернул меня лицом к себе, но я отпрянула к окну.
— Венатор, что ты здесь делаешь?
— Пришел попрощаться, сегодня в ШОМе начинаются экзамены, а меня ждут в Академии, — он внимательно следил за моими глазами, упорно не желавшими взглянуть ему в лицо.
Акилла Венатор выглядел безупречно в сером камзоле поверх черной рубашки, с алмазной брошью на вороте, прямо таки излучавшей Силу и кричавшей о том, что это не просто драгоценность, а накопитель. Серые брюки заправлены в черные сапоги эльфийской работы. Я давно заметила, что Венатор предпочитает эльфийскую обувь, что вообще не свойственно для темного.
Некстати подумала о своем внешнем виде: наверняка волосы растрепаны, и лицо опухшее от сна, а ночная рубашка еле попу прикрывает…
— Думала, что в Академию тебе только осенью, — сумела выдавить из себя я, натягивая подол рубашки к коленям.
— Я зачислен без вступительных испытаний, — он пожал плечами так, будто этот факт был какой-то мелочью, не стоящей внимания.
А мне подумалось, ведь неспроста он победил в прошлогодних Играх, вот и мамину охранку смог обойти…
— Мои родители думают, что ты связан с убийствами девушек, они правы? — стараясь унять внутреннюю дрожь, выдала на одном дыхании я и, наконец, взглянула ему в глаза.
Венатор отошел от меня поставить ноймы в вазу и теперь стоял, облокотившись о комод. В синих глазах плясали знакомые смешинки. При взгляде на его губы у меня просто дыхание перехватило, и я поспешно перевела взгляд.
— Зачем спрашиваешь, если уже знаешь? — ответил блондинчик своим любимым вопросом, а мне показалось, что он снова ухмыляется.
Я взглянула на него, но оказалась неправа. Венатор был серьезен. Он смотрел на меня внимательно и нежно, словно за ребенком, вставшим первый раз на ноги.
— Иди ко мне, Тата, — он протянул ко мне руку, и тотчас же захотелось броситься к нему на шею и не чувствовать ничего, кроме его губ…
Но я упрямо тряхнула головой, прогоняя наваждение. Да что это со мной?
— Тата, — позвал он меня снова, и я сдалась.
Как я оказалась в кольце его рук так быстро? Кто не выдержал первым: он или я? Не важно. Важно лишь ощущение тепла и неги в теле от его поцелуев…
Мы оторвались друг от друга одновременно. Я — потому что почувствовала ветер, он — чтобы накинуть на меня свой камзол.
Мы оказались на том же месте, выше по руслу Степной, что и полтора месяца назад. Сиреневая трава потемнела, став темно-фиолетовой, рыса отцвела, теперь к восходящему солнцу тянулись желтые соцветия зверобоя и дикого укропа. Того замечательного роя золотых бабочек, к моему сожалению, не было, зато утренний воздух гудел пчелами и толстыми шмелями, мелькающих над травой золотисто-черными молниями.
— Я обещал тебя привести сюда еще раз, — Венатор задумчиво гладил мои темные волосы, а я просто не находила слов.
Столько всего нужно было ему сказать, о стольком расспросить, но все мои слова опадали, словно лепестки припозднившейся рысы.
И понимала ведь, что, возможно, родители уже обнаружили моё исчезновение из комнаты, и мама будет в ярости, от того, что я с ним наедине, но было как-то все равно.
«Я подумаю об этом потом», — одернула все свои упаднические мысли и сама потянулась к его губам. Он целовал меня, и я потеряла счет времени, забыла кто я и где я. Поэтому, когда он вдруг прервал поцелуй, словно вынырнула из нереальности. Вокруг все еще колыхалась фиолетовая трава с желтыми крапинками соцветий, но солнце поднялось выше, думаю, в это время я только просыпаюсь.
— У тебя сегодня экзамены, малыш, мы чуть не забыли об этом, — вот теперь Венатор усмехнулся, только вышло это у него как-то горько.
—