Вернуться домой.

Если судить по пафосному стилю изложения событий, то капитан и экипаж линкора совершили великий подвиг, хотя в настоящее время такой способ управления кораблем является основным и никому из пилотов даже в голову не приходит, что он совершает героический поступок.
Случай с линкором ‘Беспощадный’ был очень похож на наш, поэтому я решил воспользоваться чужим опытом, а не городить огород по собственному разумению. На первый взгляд задача была невыполнимой, потому что в моем распоряжении не было продвинутых реаниматоров Джоре с инкубатором для выращивания ИскИнов. Однако после недолгого мозгового штурма я вспомнил о Леите, которая уже успешно исполняла роль живого инкубатора.
За всей этой чехардой с ‘Приютом странника’ я совсем забыл о предательнице, хотя недавно собирался стереть девушке память и отпустить на все четыре стороны. Увы, но в нынешней ситуации у меня просто не было выбора и Леите перестояло снова стать инкубатором для живых ИскИнов.
Так как я отказался от планов бегства из ‘Приюта странника’ то все оставшееся время до визита в поместье главы клана Илиндилов было посвящено усилению обороноспособности планетоида. Колонии ремонтных нанороботов не требовались прямые указания по ремонту, и повреждения восстанавливалась согласно отработанной боевым опытом процедуре.
На первой стадии ремонта нанороботы занялись восстановлением систем жизнеобеспечения экипажа станции, информационной сети, энергетикой, а также ремонтом боевого ментального излучателя ПКО. Колония нанороботов каждый час увеличивалась делением в два раза, поэтому скорость ремонта возрастала в геометрической прогрессии. В качестве расходников роботы использовали породу планетоида и прокладывали нервные волокна по прежним коммуникациям, что значительно ускоряло работу.
Уже через три часа на мою нейросеть поступил запрос на согласование каналов связи с центрального нервного узла, начавшей возрождение нервной системы станции. В дальнейшем к этому узлу должен быть подключен главный ИскИн, а пока нанороботы создали аналог живого контроллера связи, управляемого подобием твердотельного ИскИна, со скромными по стандартам Джоре возможностями. В нынешние времена такой ИскИн легко мог управлять станцией планетарной обороны, но по стандартам Джоре этот девайс считался ущербным.
Параллельно с этой работой в авральном порядке решалась задача энергообеспечения станции. Прежде на военной станция связи PSU3145 были установлены три стандартных реактора средней мощности, которые, к моему огромному сожалению, полностью вышли из строя и восстановлению не подлежали. Я в серьез опасался, что энергетический голод станет серьезным препятствием на пути восстановления наших боевых возможностей, но пока я ломал голову над этой проблемой, нанороботы самостоятельно подключились к нынешней энергосистеме ‘Приюта странника’, а затем в темпе вальса запустили два аварийных изотопных реактора.
В моей нейросети имелись лишь устаревшие на полторы тысячи лет знания о происходящих на станции процессах, поэтому я просто не знал о наличии подобной технологии у ‘Таларского союза’, а наука на месте не стоит. Изотопный аварийный реактор по существу аналог земных урановых атомных реакторов, в которых цепная реакция превращает воду в пар вращающий турбины. Правда Джоре упростили реактор до уровня кувалды и вместо топливных стержней полностью заполнили рабочую зону гранулами изотопов заключенными в оболочку из замедлителя нейтронов. Чтобы запустить реактор требовалось подать в рабочую зону биологическую кислоту, которая растворяла оболочку из замедлителя нейтронов, и реактор начинал выделять тепло. Превращение тепла в энергию происходило по принципу термопары, только этот способ был доведен учеными Джоре до совершенства, и КПД преобразования достигал 98 %.
Однако у изотопных реакторов имелись и серьезные недостатки. Изотопный реактор был одноразовым, как батарейка фонарика, и срок его службы не превышал двухсот лет. Трансурановые изотопы не встречаются в природе, поэтому их искусственно синтезируют а, следовательно, они довольно дороги. Если бы начинка рабочей зоны реактора фактически не состояла из отходов производства нейтридной брони (высокотехнологическая броня, состоящая практически из одних нейтронов) для станций планетарной обороны, то никто не стал бы заморачиваться производством изотопных реакторов. Это по меркам Земли двести лет эксплуатации запредельный срок, а Джоре жили в среднем около пятисот лет, и все производимое ими оборудование имело только гарантийный срок не меньше трехсот лет. По этой причине считалось, что изотопный реактор, слишком быстро выходит из