Сборник рассказов о любви, такой разной и непредсказуемой. В сборник вошли произведения 20 авторов, в том числе наш рассказ «Время лилий».
Авторы: Плотникова Эльвира, Вонсович Бронислава Антоновна, Лис Алина, Варя Медная, Дана Арнаутова, Ирина Успенская, Мария Дубинина, Гера Симова, Стелла Вайнштейн, Тереза Тур, Стрeльникoва Kирa, Мигель Ольга Александровна, Богатырева Татьяна Юрьевна, Сафонова Евгения Сергеевна, Ли Марина Михайловна, Кэрис Кира, Наумова Сора
взгляд. Лапочка.
Наконец небольшая экскурсия по району с изучением местных достопримечательностей закончена:
— Вон, видишь высокое здание впереди? Это мой дом.
Лапочка сразу становится серьезным и начинает посматривать на меня как-то подозрительно. Переживает, что сейчас я у входа превращусь в даму в латексе? Или, наоборот, рассчитывает на это?
В лифте вообще встал у другой стены, смотрит в пол, уши розовеют. Смешной. Но я уже настроилась его выпороть, хотя могу в последний момент передумать, конечно. Но вряд ли. Такое поведение меня заводит.
Пропускаю в дом первым. Оглядывает прихожую, помогает мне снять куртку. Вешает на крючок обе, свою и мою. Скидываю кроссовки, прохожу в коридор, жду его.
Сначала хотела предложить попить чаю, но передумала. Сядем на кухне — порки не получится. Настрой сейчас — самое то. Парень смущен, я возбуждена его смущением, внутри кураж.
— Проходи, — приглашающий жест в спальню.
Пороть хочу там. Не в детских же, среди кукольных домиков или машинок? Кровать застелена. Зеркальный шкаф опять же — будет видеть сбоку и себя, и меня.
Перед тем как зайти в комнату, кладет паспорт на полку под электросчетчиком. Смотрит на меня, я на него. Затем проходит в спальню и замирает, глядя то на кровать, то на зеркальный шкаф.
— Раздевайся.
Поворачивается ко мне, в глазах… настороженность.
— Связывать не буду, сильно пороть тоже, просто попробуем друг друга…
Улыбается, немного робко, но уже нет напряжения в мышцах. Снимает футболку. Белая с картинкой волка-оборотня спереди. У меня валяется где-то такая же, но серого цвета…
Любуюсь на дорожку светлых волос от пупка вниз. От моего откровенного взгляда парень расцветает ярко-розовым. Расстегивает джинсы, спускает их до колен, смотрит на себя в зеркало… и щеки с кончиками ушей загораются нежно-красным.
Энергично сдергивает джинсы совсем. Остались носки и трусы-стринги. Оба смотрим на носки, потом отрываемся от них одновременно и пересекаемся взглядами. Все. Уши пылают, щеки тоже. У меня на лице улыбка хищницы. Кошка и мышка.
Взмах рукой в сторону кровати:
— На колени, животом на покрывало, руки под голову.
Приказ выполняется почти мгновенно. Передо мной голая попка, красивая, гладкая, чисто выбритая, хотя, скорее, кремом обработанная. Не удержавшись, провожу по ней ладонью, разгоняя (или нагоняя?) мурашки. Да, девяносто девять процентов за крем — кожа слишком гладкая, почти девичья. Ноги, кстати, тоже без волос, загорелые, длинные…
— Всегда такой красивый или для меня? — вопрос немного ехидно звучит, но уж очень возбуждает мальчик. Хочется ослабить накал, иначе просто растекусь от нежности.
— А вам не нравится? — отвечает он вопросом на вопрос.
— Нравится. Но ответ не правильный, — мурлычу я, отрывая ладонь от гладкой шелковистой кожи и шлепая с размаха. Ладони — тепло, ягодице парня — горячо, но он не уворачивается, а, наоборот, как будто выгибается, напрашиваясь на новый хлопок.
— Вчера… для вас, — шепчет он едва слышно. — Как договорились, так и… Я всегда так делаю.
Почему-то слово «всегда» будит во мне какое-то неприятное чувство, очень похожее на ревность. Всегда… Поэтому хлопок по второй ягодице получается несколько сильнее, звонче, ярче. Мышцы сжимаются от удара, отпечаток ладони расцветает на коже, контур слишком четкий. Надо успокоиться. Какая ревность? Он мне даже заплатить был готов!
Я выдыхаю, следующий шлепок — более похож на разогрев. Он тоже звонкий, но соприкосновение дарит тепло, а не пожар, отпечатков пальцев надолго не остается — только приятная краснота, сразу затухающая, переходящая в розовую. Еще… еще… еще… Ладони горят, зудят, руки уже тянутся к ремню. Парнишка крутит передо мной попкой, так, как будто я страпонесса, как минимум.
Маза… Может, ему нужны кнут и плеть, а я тут по нему ладошкой хлопаю? Вообще, вчера явно луна была не в той фазе… Обычно все уточняю, все о себе рассказываю: что люблю, что не люблю. Про них все выспрашиваю, чтобы заранее отсечь лишнее. А тут…
— Здравствуйте, давайте встретимся?
— А давай!
Как это на меня не похоже!
Размышления не мешают мне превращать белый налив в ред делишес. Медленно, садистски медленно, получая наслаждение от каждого шлепка, звонкого, горячего… и от увеличивающихся при сжимании мышц впадинок на ягодицах, и от того, как потом эта попка выгибается мне навстречу, ловя очередной шлепок.
Мы оба наслаждаемся, но мальчик начинает тихо постанывать, и явно не от боли. Пора…
Я беру в руки ремень, закусываю губу… закрываю глаза… сглатываю…
Главное — спокойствие и расчет. Ремень — не плетка,
