Весенние соблазны

Жизнерадостное «Элвин!» вырывает меня из мучительных и сладостных фантазий.
— Риэн!
Братские объятия вместо чинного рукопожатия на приеме — нарушение всех правил, но когда Элвин следовал этикету?
Я с любопытством рассматриваю очередного побратима своего мужа. Элвин не особо спешит знакомить меня с родней, за десять лет, что мы вместе, я видела только троих его родственников…
Как всегда, когда я вспоминаю об этом, хочется кусать губы от досады и надумывать лишнего. Лепить из пичуги дракона.
Элвин же не специально прячет меня от сестер и братьев. Просто… не общается с другими Стражами. И он так и не женился на мне по законам фэйри, значит, в их глазах, я — никто.
Рабыня. Фамильяр. Кошка.
Нет смысла врать самой себе — мне обидно.
…мне не угодишь. Мой второй муж обожал хвастаться мною перед родственниками. Я возненавидела всех этих троюродных кузенов и двоюродных братьев тетушки уже на третий день после свадьбы.
— Сеньорита, разрешите представить вам седьмого Стража. Этого разгильдяя зовут Риэном. Ну а вам он заочно знаком под именем А. Ландри.
Щеки ожигает жаром.
Ландри?!
Тот самый А. Ландри, автор чувственных и скабрезных романчиков для мужчин?!
Нет, разумеется, я вовсе не читаю такие пошлости! Так… несколько раз полистала, найдя в библиотеке Элвина. Ну и увлеклась против воли. В книге обнаружилось не только бесконечное описание разнообразных совокуплений, но и довольно бойкий сюжет. А кое-какие идеи, почерпнутые из книжки, я потом применила на практике, приятно удивив своего мужчину.
При мысли, что брат Элвина — автор этих порнографических фантазий я против воли безудержно краснею.
А он красив, пусть и в его красоте чуть больше сладости, чем обычно простительно мужчине. Длинные золотые волосы, тонкие вдохновенные черты лица, которые подошли бы скорее фэйри, и блудливые зеленые глаза. Я почти ощущаю кожей, как скользит по мне его взгляд, задерживаясь в вырезе декольте. Чувственные губы расплываются в улыбке:
— О, это ли тот самый восхитительный цветок, который ты прятал от всех нас так долго?
— «Восхитительный цветок»-фе, — Элвин кривится. — Всякий раз, когда кажется, что хуже уже быть не может, ты открываешь новые горизонты, — и уже мне, — будьте осторожнее, сеньорита. Риэн — настоящий мастер нести приторную чушь. Наверняка вы заметили эту его очаровательную манеру еще по книгам. Все эти «раскаленные клинки страсти» и «любопытные жемчужины». Если не остановить его вовремя, можно потонуть в сладкой галиматье. Риэн, это Франческа. Моя жена.
Всего лишь «это Франческа»?! И никакого «прекрати на нее пялиться»!
Опускаю ресницы, чтобы скрыть свое разочарование.
Знаю, это неправильно, но ничего не могу с собой поделать. Я хочу, чтобы муж иногда ревновал. Чтобы проявил себя тираном и собственником. И чтобы все вокруг понимали — дело именно в ревности, а не приступе дурного настроения. Хочу, чтобы он заявил свои права на меня — бескомпромиссно и властно, подтверждая, как я ему дорога.
Я даже согласна, чтобы он в этой ревности запрещал мне общаться с некоторыми мужчинами. Такими, как Риэн, например. Клянусь, что была бы послушна этому запрету…
Глупое бабское желание.
Риэн целует мне пальцы, умудрившись задержать ладонь в руках на мгновение дольше, чем положено приличиями, и рассыпается в пустых восторгах.
Обычно я не любительница ювелирных комплиментов. Рубиновые губки и перламутровые зубки — верх пошлости. Хуже только сравнить женщину с каким-нибудь цветочком.
Но сейчас я милостиво улыбаюсь банальностям Риэна.
Буду флиртовать, раз мой муж не спешит охранять мою нравственность.
Элвин продолжает пренебрежительным тоном, словно не замечая внимания ко мне со стороны его брата:
— Риэн гордится тем, что пишет только о том, что опробовал на практике. В некотором роде его писульки — автобиографичный материал. Это делает их особо интересными для знакомых и родственников. А ты еще жалуешься на мое бесстыдство.
Риэн радостно вспыхивает, словно услышал не насмешку, но похвалу своему таланту писателя:
— Вы читали мои книги, прекрасная леди?
Да, читала! Особенно ту, «Любовь на троих», с возмутительно откровенными литографиями и препохабнейшим сонетом в начале. Сонет я даже выучила наизусть. Не специально, о нет! Просто перечитывала несколько раз, и непристойные строки сами собой поселились в моей голове. Стоит вспомнить о них, как тут же всплывает: