Весенние соблазны

мужской гордости, — не смягчилась королева. — Речь сейчас идет исключительно о литературных достоинствах данной писюльки.
— Не понимаю, почему тебе так хочется меня оскорбить, — встал в позу Марко. — Все, повторяю, все газеты написали исключительно восторженные отзывы.
— С их стороны было бы огромной глупостью написать что-нибудь другое — они же лорийские газеты. Не думаю, что в других государствах к твоему увлечению отнесутся с таким же снисхождением. Более убогой вещи я в жизни своей не читала.
— Почему же? — оскорбленно сказал король. — Чем это тебе так не понравилось мое творчество?
— Видишь ли, дорогой, ты не имеешь ни малейшего представления о том, как нужно писать художественное произведение, — уже мягче пояснила Лиза. — Вот скажи мне, что ты можешь сказать о сюжете? Ты серьезно считаешь, что перечисление встретившихся тебе красоток — это сюжет?
— Я показываю, как мужчина идет от победы к победе, — снисходительно пояснил Марко. — Женщинам это попросту не понять.
— Где здесь от победы к победе? — Лиза открыла томик и начала зачитывать. — «Я встретил баронессу Н. сразу после расставания с виконтессой М. Ее родинка у верхней губы была так привлекательна, что я сразу понял, что она любит искусство. Баронесса с радостью согласилась осмотреть картины в моей спальне. И мы погрузились в пучину страсти». Это победа? Да она же свалилась к твоим ногам, как переспелая груша.
— Дорогая, ты преувеличиваешь.
— Ничуть, — отрезала королева. — Видела я эту твою баронессу, единственное достоинство которой — это цвет волос. Да у нее, кроме той бородавки, которую ты почему-то назвал родинкой, еще и передние зубы торчат, как у зайца. Как можно было быть таким неразборчивым, Марко? Да над тобой все королевство смеяться будет. Ты в эти пучины страсти погружаешься несколько раз на одной странице. Можно и другие эвфемизмы использовать. И описания своих любовниц не такими убогими делать, а то они у тебя как из-под штампа выходят — заменил баронессу на виконтессу, добавил-убрал родинку и все. Такое впечатление, что у тебя просто список был.
— Ну да, — смущенно подтвердил Марко, — мне туранский кронпринц передал. Вот я и подумал, не пропадать же. Ведь в каждой женщине можно найти что-то привлекательное.
— В некоторых слишком долго искать нужно, — ехидно сказала Лиза. — Особенно по твоим описаниям.
— И чем тебе так мои описания не нравятся? Вот сама бы ты что написала?
— Смотри, — наставительно сказала королева. — Вместо того, что ты там написал, вполне можно было использовать что-то типа следующего. «Печаль моя после расставания с виконтессой была так велика, что пережить ее мне помогла только встреча с баронессой. Она была хороша, как весенний цветок с каплями росы поутру. И даже родинка около верхней губы ее не портила, а лишь придавала пикантности» Ну и так далее. Потом описываешь, как она сопротивлялась твоим ухаживаниям, а ты это мужественно преодолевал.
— О, так действительно лучше, — согласился Марко. — При написании следующего тома я непременно с тобой проконсультируюсь.
— Какого еще следующего тома? — возмущенно сказала королева.
— Ну как же дорогая, ты ждешь ребенка, а у меня, как у мужчины, определенные потребности есть, — заявил Марко. — Заодно и материал наберу для второй книги.
— Дорогой, — нежно сказала Лиза, — ты правильно заметил, что я жду твоего ребенка. А это значит, что?
— Что? — спросил король.
— Что меня волновать ни в коем случае нельзя. А любой твой поход на сторону меня будет волновать очень сильно. Так сильно, что твоя любовница и облысеть может.
— Но, дорогая, это же традиции моей семьи, — возмутился Марко, понявший, что покушаются на святое.
— Когда я за тебя выходила, ты мне об этом не говорил. А то бы я предупредила тебя о традициях своей семьи.
— Это и сейчас еще не поздно сделать, — король решил прийти к некоему компромиссу, удовлетворяющему обоих.
— Когда моя мама узнала об измене отца, — нежно улыбнулась Лиза мужу, — она пошла на кухню, взяла большую чугунную сковородку и выбила из него эту дурь. Мне кажется, я видела здесь что-то подходящее. Запомни, дорогой, все, что было до меня, я согласна забыть — ведь меня здесь еще не было. Но не дай бог я узнаю о чем-то подобном теперь — одной сковородкой не отделаешься.
Марко изумленно молчал. Это была совсем не та нежная девочка, на которой он женился. Это была женщина, уверенная в своем праве и готовая его отстаивать с оружием в руках, пусть даже в роли оружия выступает кухонная утварь.
— Не думаю, что стоит переносить сюда чужую культурную традицию, — наконец сказал — Разумеется, — победно улыбнулась Лиза, —