Весенние соблазны

Уже мало кто помнил, что когда-то Спорные земли назывались Озерным краем, но теперь, после многолетней войны, туда возвращались король и королева.
Церемония была долгой и красивой, однако жених и невеста только притворялись счастливыми, и оба с облегчением вздохнули, когда остались одни.
— Надеюсь, наш брак будет чисто формальным! — Ашура поспешила первой начать разговор, чтобы поскорее решить вопрос, мучивший ее с того самого времени, как она узнала, кто такой Грей.
— Вот как? — Чародей устало опустился в кресло, стараясь не смотреть на молодую жену, отгородившуюся от него подушками в самом углу огромной супружеской кровати. — Ты могла бы не соглашаться на мое предложение, если я так тебе противен. Ведь я обещал, что никто не будет тебя принуждать.
— Я думала, мы сможем стать друзьями, — смущенно призналась Ашура, теребя угол подушки. — Ты сказал, что любишь свободу, а я могу оставить ее тебе. Мы могли бы притворяться, для других. И быть свободными друг от друга. Прости, я не поняла, что ты хочешь иного…
— Если уж мне суждено иметь жену, то я бы хотел, чтобы она меня, по крайней мере, не боялась, — вспылил Грей, поднимаясь. — От нас будут ждать детей, поэтому друзьями остаться не получится. Но, — добавил он мягче, заметив, как Ашура сжалась под его взглядом, — принуждать я тебя не буду. Утром можешь сказать, что я ушел после того, как исполнил супружеский долг. А потом… видно будет.
И он исчез в огненном кольце телепорта.
До самого утра девушка плакала, то немного успокаиваясь, то снова впадая в отчаяние. С того самого дня, проведенного в облике собаки, ее мучило чувство вины. Грей постоянно присутствовал в ее мыслях. Сначала она со стыдом вспоминала о своих глупых словах, потом, с благодарностью — об искренней заботе принца, и с сожалением — о его обещании, данном колдунье, ведь теперь оно лишало ее возможности стать настоящей женой и зачать ребенка. Первой брачной ночи она боялась больше, чем — когда-то — чародейства. Боялась и, как оказалось, ждала. И теперь она знала, почему разочарование стало таким горьким.
Утром в спальне появилась леди Этейлисс и сразу же поинтересовалась, отчего это дочери такое опухшее от слез лицо. Она отмахнулась от невнятных оправданий Ашуры и, в свойственной ей жестокой манере, заявила:
— Вот к чему привели все твои грезы о любви! В первую же ночь муж тебя бросил! Ашура, ты глупа. Все, что от тебя требуется, это родить ребенка, которого я воспитаю как…
— Нет!
Впервые Ашура повысила голос в присутствии матери, и та изумленно замолчала.
— Нет! — решительно повторила девушка. — Если у меня будет ребенок, то я сама буду его воспитывать, в любви, а не в страхе.
— Что? Ты заявляешь мне, что я тебя не любила?! Я столько сделала для тебя… Ты теперь королева! Разве это не любовь?!
— У нас с тобой разные представления о любви, матушка. Но я навсегда запомню твои уроки. И благодарна тебе за них. Особенно за последний, когда твоей волей я стала зверем. Когда, раненая стрелой и обезумевшая от страха, бежала сквозь ночь в никуда. Когда меня нашел, пожалел и согрел лаской тот, кто теперь стал моим мужем. Потому что тогда я впервые узнала, что такое забота. А потом… — Ашура замолчала, не решаясь произнести слова, рвущиеся из самого сердца. — Нет, неважно.
— Чары кольца защищали тебя от смертельных ран…
— Неважно, матушка! Ты права, я теперь — королева. Это мой замок. И я желаю остаться одна!
— Ну что же, — мать оценивающе посмотрела на дочь, прежде чем выполнить ее приказ, — возможно, ты не такая уж и глупая, как я думала… ваше величество.
Остаток ночи Грей провел на конюшне, а едва рассвело, уехал из замка, оседлав своего коня. Он корил себя за глупую надежду, которой поддался в тот день, когда Ашура согласилась стать его женой. Он так удивился и растерялся, когда она ответила «да», что не сразу смог объяснить, как он на самом деле рад взять в жены именно ее. Ведь от женитьбы было уже не отвертеться, а Ашура понравилась ему своей искренностью и кротостью. Проверни с ним кто-то из родных то, что мать устроила дочери, и он в замке камня на камне не оставил бы! Пусть даже в переносном смысле. Ожидая дня свадьбы, он представлял себе тот момент, когда они останутся одни, и он наконец-то сможет признаться ей в своих чувствах. А она отвергла его, не дав ни малейшего шанса.
Погруженный в невеселые мысли, Грей не заметил, как пересек границу своих владений. Он толком и не знал, куда едет, позволив коню идти, куда тому вздумается. За рассеянность он поплатился тем, что оказался в окружении незнакомых людей, угрожающих ему оружием. Он мог избежать плена, но не захотел.
Целый день Ашура ничего не слышала о муже. Новости о Грее пришли неожиданно,