Ветер прошлого

мальчика к себе.
— Скажи мне, а ты часто один остаёшься?
Он задумался, а потом покачал головой.
— Нет. Со мной тётя Лиза сидит, а потом папа приходит.
— А бабушка с дедушкой часто приезжают?
Мальчик пожал плечами.
— Часто… я не знаю. — А потом заулыбался. — Я к ним на каникулы езжу! А ещё мы в Диснейленд ездили! Знаешь, как здорово?
Таня поневоле рассмеялась, глядя на его счастливое личико, и поцеловала.
— Я не знаю, но верю. Ты руки помыл? Иди, бери ватрушку и неси учебники, будем уроки учить.
— А после обеда, что делать будем?
— Что захочешь, — пообещала Татьяна, а Артём радостно подпрыгнул и унёсся в свою комнату.
На этот раз задачи по математике решились легко, без всякой запинки, что Таню несказанно порадовало. Правда, недолго радость эта длилась. Когда пришло время учить английский, Артём открыл учебник и начал читать вслух текст, она даже в первый момент замерла. Потом обернулась и внимательно посмотрела на мальчика. Но конечно ничего не сказала, просто слушала, сильно задумавшись.
Дочитав текст до конца, а точнее, даже не дочитав, а закончив запинаться на каждой букве, Артём быстренько захлопнул учебник и с надеждой посмотрел на Таню.
— Будем писать?
Самойлова хмыкнула.
— Тёма, а какие у тебя оценки по английскому?
Он заметно сник. Опустил глаза и шмыгнул носом. Таня подавила вздох.
— Хорошо, давай писать, — сказала она, не желая расстраивать ребёнка.
Оказывается, он не шутил, когда говорил, что ненавидит английский. И очень интересно, кто в нём эту ненависть развил… Уж не Катя ли, которая зачем-то говорит с ним только на этом языке?
Когда телефон зазвонил, Таня немного растерялась. Никаких распоряжений по поводу того, стоит ли ей отвечать на звонки в этом доме, она не получала. Посмотрела на Артёма, но тот аккуратно писал что-то в тетради, от усердия даже язык высунул, и отвлекаться явно не собирался. Таня посомневалась ещё несколько секунд, а потом подошла к стене, на которой висел телефон, и сняла трубку.
— Я слушаю.
— Э… это кто? — голос Виктора Ставрова, давнего приятеля Романа, стал ещё одним отзвуком из прошлого, к тому же издевательским. Его голос звучал легко и беззаботно, и Татьяне почему-то сразу вспомнилось, сколько раз он насмешничал над ней, не задумываясь о последствиях.
Она на секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями, а потом выпалила:
— Вам Роман Игоревич нужен? А его нет, он уехал!
— Да? Ну, ладно… а вы кто?
А действительно?
Но Ставров ответ нашёл сам.
— Няня новая?
— Да, — тут же согласилась Самойлова. — Новая.
И всё равно сделала ошибку. Разозлилась на себя, но уже после того, как ляпнула на торопливое прощание Виктора:
— До свидания, Виктор Дмитревич.
В трубке раздался странный звук, видимо Ставров хотел что-то переспросить, но Таня уже повесила трубку. И даже ногой от досады топнула.
Ну что же это такое? Вечно что-то брякнет…
— Таня, посмотри! Я написал!
— Иду, милый…
За день Роман позвонил раз пять. Волновался за поведение сына, потому выспрашивал в основном об этом. И ни одного лишнего слова.
— Как он? Поел? Уроки выучил? Тебе не надоедает? Ладно, пока. Я ещё позвоню.
Таня только успевала отчеканивать ему нужные ответы, и вот уже в ухо несутся гудки. Она вздыхала, поглядывая на трубку, а потом возвращалась к ребёнку. Несколько раз ей звонили с работы, и приходилось решать возникшие вопросы прямо по телефону. Некоторые интересовались, где она сегодня пропадает, и Татьяна выкручивалась, отговариваясь разными глупостями.
И она была рада, что сейчас здесь.
Ещё несколько дней назад мечтала совсем о другом, строила планы, а теперь сидит на диване в квартире Романа Баринова и с улыбкой наблюдает за тем, как на полу играет его сын. И уже не хочется ничего, кроме этого. Вот как оказывается бывает.
Всё-таки жизнь непредсказуемая штука… И может измениться в одну минуту.
Но приближался вечер, и Таня снова начала нервничать. Понимала, что надо собираться домой, что Ромка вряд ли захочет её видеть здесь, когда придёт. Она даже сумку свою собрала и отнесла её в прихожую, чтобы не задерживаться даже лишнюю минуту, а потом решила, что это глупо и отправилась на кухню и принялась разогревать ужин.
Была поглощена своими мыслями и даже Артёма слушала невнимательно. Он прыгал по кухне и пересказывал ей какой-то мультик. Таня кивала, а сама всё прислушивалась, не хлопнет ли в прихожей входная дверь.
Когда телефон зазвонил, автоматически сняла трубку. И даже сказать ничего не успела, только рот открыла, как услышала женский голос:
— Ромик,