Везунчик. Дилогия

и смог произнести плохо повинующимся языком:
— Не так хорошо, как хотелось бы.
— Сам виноват, — маг довольно усмехнулся. — Меня еще никто не просил предоставить знание шести языков сразу. Скажу по секрету, раньше такое считалось абсолютно невозможным, поэтому я весьма удивлен, что ты сумел очнуться после процедуры и, судя по виду, сохранить рассудок в целости.
Я опешил. Вот ведь гад! Эксперимент решил поставить — поглядеть, выживет ли заказчик, пожелавший слишком многого! За мои же деньги использовал меня в качестве лабораторной крысы! Вероятность незначительна, ага, как же! Теперь выясняется, что мне вообще не полагалось очнуться! Обидно, блин. Так и хочется высказать этому универсалу все, что я о нем думаю, но сперва нужно уточнить, за что же я отдал столько монет.
— И как прошло обучение? Получилось?
— А ты разве еще не понял?
И тут я осознал, почему мне так трудно ворочать языком. Говорил-то я вовсе не на русском. Судя по всему, это был язык Вольных Баронств, который прекрасно улегся в моей голове даже в мыслях и не вызывал дискомфорта. Ведь думал-то я тоже на нем. Перешел сразу после того, как услышал приказ мага, произнесенный на этом языке, и сам не заметил. Ради эксперимента я спросил мага на эльфийском:
— Не затруднит ли вас, любезный, принести мне какую-нибудь книгу, дабы я сумел проверить полученные навыки чтения?
И это я привел сильно упрощенный вариант перевода, так как в оригинале данная фраза звучала еще вычурнее. Теперь понятно, почему эльфы считались гордецами — язык обязывал. Когда к своему близкому сородичу обращаешься с такими расшаркиваниями, поневоле начнешь презирать тех, кто общается по-простому, используя панибратский тон.
Кстати, в орочьем и во всех имперских языках отчего-то не было принято обращаться к собеседнику во множественном числе. Уважение подчеркивалось определенными словами (вроде «господина», «сеньора» и прочих), но выканье не использовалось в принципе. И если раньше, периодически отмечая, как мне тыкают жители Ирхона, я полагал, что собеседники считают себя значительно старше или выше меня по статусу, то сейчас понял причину отсутствия в их словах малейшей почтительности.
Услышав мой эльфийский, Лидий поморщился и признался:
— Я не владею языком ушастых.
— Можешь принести какую-нибудь книгу? — перешел я на один из имперских.
Универсал, будто ожидая этой просьбы, достал какой-то томик и протянул мне. Раскрыв его наугад, я убедился, что аккуратные закорючки и кружочки складываются во вполне понятные слова, вернул книгу и спросил, чувствуя, как возвращается головная боль:
— А можно еще глоток целебного зелья?
— Нет, — решительно отрезал маг. — Тебе придется перетерпеть побочный эффект процедуры, не используя стимуляторы и лечебные эликсиры, иначе последствия могут быть весьма неприятными. И кстати, не вздумай заглушать боль вином, так как после этого в лучшем случае потеряешь часть полученных знаний.
Что ж, придется мучиться. Надеюсь, у меня есть еще немного времени, пока боль не наберет такую силу, что вновь лишит меня способности внятно мыслить, поэтому нужно немного задержаться у мага и решить свежеобнаруженную проблему.
— Господин Лидий, позволь выразить благодарность за великолепную работу. Пользуясь случаем, я хотел спросить, существует ли возможность сокрытия излучения насыщенного силой амулета от взглядов магов, находящихся поблизости?
— Я так понимаю, ты хочешь замаскировать то, что лежит у тебя в сумке, — полувопросительно произнес универсал и, дождавшись легкого кивка, ответил: — Да, есть определенные средства, позволяющие экранировать магический фон амулетов с повышенным содержанием энергии. Но чтобы сказать наверняка, я должен детально изучить предмет, который нуждается в маскировке. Ты позволишь это сделать?
Неужели он не порылся в моем рюкзаке, пока я валялся тут без сознания? Что-то верится с трудом. Но все равно я осторожно, стараясь лишний раз не колыхнуть содержимое черепной коробки, поднялся со стоматологического кресла, достал магический кинжал и протянул его Лидию, подумав о том, что мой кредит доверия к этому человеку хотя еще не исчерпан, но подошел к опасной черте. Универсал вытащил клинок из ножен и принялся рассматривать узоры на нем, бормоча себе под нос:
— Хм… Усовершенствованный Поглотитель жизни… Явно работа магов из Братства Ахета. И довольно профессиональная… Часто приходилось использовать?
— Часто, — не стал я скрывать.
— Так вот почему твое тело претерпело значительные изменения! Теперь-то ясно, как тебе удалось перенести обучение… А жаль, я надеялся доказать несостоятельность