Удирая от толпы гопников Никита Северов нырнул в черный смерч, оказавшийся у него на дороге. Нырнул и… вынырнул в мире, где человеческая жизнь дешевле миски с тюремной похлебкой, а рядовые стражники владеют магией. Теперь Никите не до смеха. Выживать в суровом Средневековье — это не гопника поучать, который невольно последовал за тобой: здесь задачи посложнее…
Авторы: Бубела Олег Николаевич
по сторонам, ожидая от Проклятых земель очередную пакость.
Когда начали сгущаться сумерки, мы сделали краткий привал у ручейка, тоненькой ниточкой тянувшегося из рощицы и терявшегося в бескрайнем поле, и попытались отстирать от крови одежду. Это удалось нам лишь благодаря синеватому порошку из поистине бездонной сумки Лашта. Данная алхимическая дрянь была довольно активной — встречаясь с водой, она шипела, пенилась и быстро и почти без следа удаляла с ткани темные пятна. Правда, как мне сообщил здоровяк, часто использовать этот стиральный порошок не рекомендовалось, так как он сильно разъедал одежду. Но сейчас у нас не было другого выхода, ведь запах крови мог привлечь очень опасных хищников, выходивших на охоту ночью.
Закончив со стиркой и напялив на себя мокрые шмотки, мы скорым шагом двинулись дальше. Конечно, ходить во влажной одежде было не слишком приятно, но сменной ни у кого не оказалось. У меня таковой не имелось в принципе — последняя запасная рубашка была использована еще после встречи со стриком, а искатели, судя по всему, не считали нужным таскать лишний груз. Вот и пришлось сушить шмотки собственным телом, ведь шляться по проклятым землям с голым задом было верхом глупости, так как штаны с курткой являлись неплохой защитой от ядовитых растений и скрывавшихся в траве насекомых.
С наступлением темноты мы добрались до места, где Дорак планировал устроиться на ночлег. По мне, он выбрал не самый лучший вариант — в неглубоком овраге, к которому слева вплотную подступал лес. Склоны этой вытянутой ямы не были достаточно крутыми, чтобы давать преимущество при обороне, однако грозили затруднить возможное отступление. Иными словами, если ночью в овраг сунется крупная тварь, быстро сбежать не получится, а отбить нападение будет тяжелее. Но возражать я, разумеется, не стал, тем более что свободная от кустов и травы площадка на дне с пеплом от многочисленных костров свидетельствовала о том, что данное укрытие среди искателей весьма популярно.
Огонь мы разводить не стали, так как жарить на нем было нечего, а о том, чтобы наварить какой-нибудь каши, я не заикался, помня случай с вяленым мясом. Нет уж, добровольно взваливать на себя обязанности повара я не собираюсь. Когда прикажут — тогда и подчинюсь, а инициативу проявлять не буду, ведь всем известно, что она делает с инициатором.
Пока мы при свете светлячка набивали желудки, Дорак распределил ночные дежурства, оставив без ответа предложение Лашта активировать какой-то сигнальный амулет. Мне досталась предрассветная вахта (уж кто бы сомневался!), поэтому я, не теряя времени, улегся на еще теплую землю, положил под голову рюкзак и сразу же начал засыпать, не обращая внимания на тихий разговор искателей, решивших подвести итоги прожитого дня.
«Хорошо быть в команде!» — это была моя последняя осознанная мысль, после которой я погрузился в сон без сновидений.
Глава 17
Человек человеку…
Под утро меня с большим трудом растолкал Сишк. Все-таки, что ни говори, дневной переход выдался не из легких, а пяти часов сна (если судить по еще не начавшему светлеть небу) для полноценного отдыха было недостаточно. Убедившись, что я проснулся, искатель с чистой совестью передал мне вахту, улегся на свое шелковое покрывало и моментально вырубился. Я же размял затекшую шею, сделал небольшую зарядку, уселся поудобнее и принялся, как дурак, таращиться в темноту.
Спустя пару минут меня потянуло в сон. Причем потянуло неудержимо, так, что с желанием прилечь пришлось героически сражаться, призвав на помощь всю свою волю. Немного помогло умывание водой из фляжки, но вскоре, чтобы не вырубиться, пришлось отправиться на прогулку. Недалеко, для начала вокруг овражка, а затем, когда организм очнулся от спячки, до ближайших кустиков. Сделав все необходимые дела без лишних свидетелей, я вернулся на исходную, но через несколько минут снова почувствовал, что засыпаю, мысленно выматерился и опять поднялся на ноги.
Так и проходила моя вахта, больше похожая на изощренную пытку — некоторое время я сидел рядом с искателями, охраняя их сон, а когда чувствовал, что уже не могу держать глаза открытыми — вставал и делал обход близлежащих территорий. Во время одной из таких прогулок я наткнулся на большого сонного хомяка, у которого из пасти весьма комично торчали передние зубы. Отреагировал я быстро, выхватил нож и метнул его в грызуна. Тот попытался сбежать, но не успел — лезвие перебило ему позвоночник. Оглядев
