Удирая от толпы гопников Никита Северов нырнул в черный смерч, оказавшийся у него на дороге. Нырнул и… вынырнул в мире, где человеческая жизнь дешевле миски с тюремной похлебкой, а рядовые стражники владеют магией. Теперь Никите не до смеха. Выживать в суровом Средневековье — это не гопника поучать, который невольно последовал за тобой: здесь задачи посложнее…
Авторы: Бубела Олег Николаевич
на взятки).
Войдя с Даритом в прихожую, я кликнул хозяев, опустил на пол тяжеленный мешок с чешуей и принялся разминать онемевшие пальцы. Задумчиво рассматривая мозоли на руках, я предвкушал тот долгожданный миг, когда мне, наконец, удастся превратить всю нашу добычу в монеты и окончательно распрощаться с ролью верблюда. Эх, как все-таки жаль, что я не Гроза Орков! Помнится, у того «попаданца» была хитрая магическая сумка, способная вмещать тысячи полезных вещей, не меняя свой начальный вес и объем, а тут приходится таскать все на собственном горбу. Надоело до чертиков!
Кстати, надо будет поинтересоваться у Дара, существуют ли какие-нибудь руны, позволяющие хоть немного компенсировать силу тяжести. И вообще, стоит покрепче ухватиться за Ушастика и вытрясти из него подробности его магических возможностей, а также их практического применения в повседневной жизни. Ведь получается довольно странно – дар имеет, но пользоваться им отчего-то избегает. Можно по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз эльф магичил за время нашего путешествия. И неясно, это на него так повлиял случай с волками, после которого Дарит боится лишнюю каплю силы израсходовать, или же Ушастик старательно уклоняется от проявления инициативы, прекрасно зная, что она делает с инициатором, и потому «великодушно» передал все бытовые заботы мне… Так, нам еще долго тут стоять?
Я снова позвал хозяев, на этот раз постаравшись использовать всю мощь своих голосовых связок, и добился результата – спустя десяток секунд к нам вышел Глимин в сером фартуке, украшенном многочисленными темными пятнами, мелкими подпалинами и несколькими заплатами. Оглядев усталое лицо гнома с тенями под глазами, на котором при виде меня появилась улыбка, я понял, что парень в последние дни не имел времени для полноценного отдыха, и даже почувствовал легкое раскаяние, догадываясь, кто в этом виноват.
– Ник, ты вернулся! – радостно воскликнул мастер на гномьем, крепко обнимая меня.
Подивившись столь бурному проявлению чувств, я поддержал обнимашки, легонько похлопав парня по спине, и сказал с улыбкой:
– Я тоже очень рад тебя видеть.
Слегка отстранившись, лучившийся счастьем гном спросил:
– Где же ты пропадал все это время?
– Как обычно, на Проклятых землях, – пожал плечами я.
– Ну конечно! А мы-то переживали…
Заявление мастера удивило меня еще больше и заставило спросить:
– Это еще почему?
– Так в последнее время по Ирхону разные нехорошие слухи ходят. Многие поговаривают, что тебя убили искатели, некоторые утверждают, что на тебя напали бандиты, а кое-кто заявляет, что собственными глазами видел твои истерзанные тварями останки недалеко от городской стены. Мы с отцом уже и не надеялись увидеть тебя вновь!
– То есть сегодня клинки я не получу? – уточнил я, подозревая худшее.
– Ник, как ты мог такое подумать! – с возмущением воскликнул Глимин. – Мы еще вчера закончили работу над ними и целую ночь занимались ножнами, чтобы успеть в обещанный срок!
Я поспешно поднял руки и с добродушной улыбкой заявил:
– Прости, неудачно пошутил. А волновались вы с отцом совершенно напрасно – я же Везунчик!
Гном оставил возмущение и тоже улыбнулся. Повернулся к стоявшему у входа эльфу и осведомился, перейдя на имперский:
– Что тебе здесь нужно?
Отметив холодный тон, с которым были произнесены эти слова, а также подчеркивание интонацией местоимения, я сделал вывод, что гномы особой любви к ушастым не испытывают. Нет, у меня мелькнула мысль, что Глимин и Дарит пересекались ранее и расстались совсем не на дружеской ноте, но ее я отбросил сразу – мой учитель до этого в Ирхоне не был, а загруженные заказами гномы вряд ли имели время, чтобы наведываться в соседние города. Короче, налицо межрасовая неприязнь, а значит, процедуру знакомства лучше вообще не проводить.
Кивнув на Дарита, я коротко сообщил парню:
– Он со мной.
– Так вот почему ты заказал именно эльфийские клинки, – понимающе протянул гном, пристально рассматривая Ушастика, которого, судя по бесстрастному лицу, «прохладный» прием нисколько не удивил.
Я многозначительно промолчал, поскольку толком не сообразил, к чему клонил парень. И вообще, сегодня большинство его поступков были за гранью моего понимания. Взять, к примеру, эту буйную радость. Мы же виделись всего два раза, даже хорошими знакомыми стать не успели, так к чему такие чувства? Или Глимин решил заочно выбрать меня своим кумиром? Ладно, допустим. Но в чем смысл упоминания о его с отцом переживаниях по поводу моего исчезновения? Кто я такой, чтобы обо мне переживать? Рядовой заказчик, каких к кузнецам приходят
