Удирая от толпы гопников Никита Северов нырнул в черный смерч, оказавшийся у него на дороге. Нырнул и… вынырнул в мире, где человеческая жизнь дешевле миски с тюремной похлебкой, а рядовые стражники владеют магией. Теперь Никите не до смеха. Выживать в суровом Средневековье — это не гопника поучать, который невольно последовал за тобой: здесь задачи посложнее…
Авторы: Бубела Олег Николаевич
нелюдей, я усмехнулся и занялся трофеями.
Вскоре стало ясно, что мои намерения избавиться от ненужного хлама накрылись медным тазиком. Искатели были опытными ходоками и лишнего на Проклятые земли не таскали, поэтому я лишь рассортировал добычу, упаковав отдельно все то, что предназначалось для продажи, и помянув добрым словом начальника лаборатории, благодаря которому смог опознать почти все алхимические запасы неудачников. Заменив свою порванную простынку на новую и положив одну про запас, я организовал плотный завтрак из добытых продуктов.
Проголодавшихся нелюдей не нужно было долго упрашивать. Получившие имена котята также приняли участие в трапезе, но чисто символическое, не оценив разнообразия предложенного овощного меню. Пожевав подсыхающий хлеб и проглотив пару кусочков вяленого мяса, они отбежали в сторонку и затеяли веселую возню, не мешая насыщаться хозяевам. К слову, человеку непосвященному при взгляде на эти забавы могло показаться, что пушистики практически ничем (ну, кроме размера) не отличались от домашних кошек, но это не так. Судя по словам Вики с Даром, сейчас умственное развитие котят находится где-то на уровне семилетнего ребенка, так что их поведение является вполне нормальным.
Ах, да, забыл сказать! Любимцу Вики имя пришлось по душе, а вот Ушастик со своей подопечной долго перебирал различные варианты. Ну не желала маленькая марилана зваться Ауреликалой (что на эльфийском означало «Окутанная Светом Звезд»), не была она в восторге от Иридамеды («Скрывающаяся в Листве»), не проявила интереса к десяткам других ужасно красивых и поэтичных имен. Зато на второе же простенькое отреагировала весьма живо, и сейчас рядом с нами играли в салочки Каридан и Линь – Проказник и Тень.
Когда с завтраком было покончено, мы спрятали остатки продуктов и принялись навьючиваться. Досталось даже Мурке, которая, понаблюдав за тем, как я с кряхтеньем вскидываю на плечи собранный металлолом, добровольно вызвалась помочь и вместе с моей огромной благодарностью получила пару сумок на спину. Распределив поклажу, наша дружная группа бомжей-челноков продолжила свой путь.
Вокруг расстилалась выжженная солнцем равнина, однообразное движение расслабляло и настраивало на мирный лад. Нелюди вовсю болтали с котятами, рассказывая им о жизни в городе людей и попутно объясняя, чего там вытворять нельзя, а мне снова досталась роль впередсмотрящего. Пытаясь отрешиться от голосов Вики с Даром, которые получали удовольствие, ощущая себя в роли воспитателей, я осматривал горизонт в поисках вероятной угрозы и внезапно поймал себя на мысли, что великолепно вижу.
Нет, у меня и раньше было хорошее зрение. Не стопроцентное, конечно – все-таки долгие бдения за экраном монитора даром не проходят, но необходимости в очках не наблюдалось. А сейчас я был способен за сто метров заметить гревшуюся на камешке маленькую зеленую ящерку или сосчитать ветки у высохшего куста. Раньше, для того, чтобы оглядеть окрестности, мне требовалось доставать подзорную трубу, а сейчас – только прищуриться. Причем границу, за которой четкость моего зрения начинала падать, определить было невозможно, так как мешал воздух, поднимающийся от нагретой земли и рождающий легкое марево на горизонте.
Это открытие заставило меня вернуться к анализу ночных событий. Припомнив Викин светляк и удивившую меня слепоту орчанки, я пришел к выводу, что мое зрение начало демонстрировать фокусы еще вчера. Но тогда я этого не заметил, а ведь должен был задуматься – почему, поглядев на мир сперва глазами Мурки, а затем своими, не почувствовал разницы. И зрением список моих чувств, которые внезапно начали своевольничать, похоже, не ограничивается. Тот факт, что ночью от звуков разборок, устроенных падальщиками, просыпались только мы с подругой, говорил о непонятно почему усилившемся слухе.
Решив проверить догадку, я вскоре выяснил, что могу с легкостью разобрать каждое слово, шепотом произнесенное орчанкой или эльфом, а Дар шагает вовсе не так бесшумно, как мне казалось. Едва подумав про обоняние, я почувствовал, что в воздухе Проклятых земель витают десятки различных ароматов, но их все заглушает кисловатый запах пота, исходящий от нашей одежды и шерсти Мурки. Причем, что странно, раньше он ощущался не так сильно, а стоило сосредоточиться, как я едва не вывалил под ноги недавний завтрак, настолько тошнотворной показалась мне вонь.
После чересчур удачного эксперимента мысль проверить осязание я загнал поглубже. И так понятно, что мое восприятие непонятно по какой причине заработало на порядок лучше. Да-да, тут дело вовсе не в рецепторах, в этом я убедился, незаметно для нелюдей достав из кармана маленькое трофейное
