Неужели ты до сих пор жив? И мало того, что сумел освоиться на Проклятых землях, так еще и семью себе завел. Поразительно! Но знаешь ли ты, что запас твоей удачи далеко не бесконечен? Что его может хватить на тебя, но не на твоих родных. Знаешь? И хочешь поскорее убраться с опасных территорий? Тогда у меня для тебя плохая новость — Проклятые земли никогда не отпустят свою законную добычу! А специально для вашей компании у них уже заготовлено множество смертельно опасных сюрпризов и тайн. Так чего же ты ждешь? Вперед, Везунчик! Ты же понимаешь, что от судьбы не уйти. (Черновик)
Авторы: Бубела Олег Николаевич
укладе. Также я изучил великое множество полезных вещей, вроде приемов ориентирования на местности, стрельбы из лука, тактике захвата укрепленного блокпоста или немагических способов обнаружения засады.
И лишь одно меня смущало. Боль. Она была постоянным спутником Дара в Академии, незримым, но прекрасно ощущаемым фоном проходила через все его обучение. Буквально каждое просмотренное мною воспоминание содержало хотя бы один из ее многочисленных оттенков. Боль от кровавых мозолей на ладонях, оставленных утяжеленным учебным оружием, боль в царапинах от разнообразных тренажеров, боль в натруженных многокилометровым бегом мышцах, боль от синяков и шишек, оставленных наставниками, боль в разрезанных тетивой учебного лука пальцах…
Да что там! Даже ночью Ушастику не удавалось от нее избавиться, поскольку его сны больше напоминали кошмары и не приносили желанного облегчения. И понятно теперь, отчего первым делом Дар полез выяснять мой болевой порог. Тем, у кого он низкий, тренировки лесных стражей категорически противопоказаны. Либо загнутся в процессе, либо свихнутся от запредельных физических нагрузок (последнее — не такая уж редкость, судя по воспоминаниям братишки).
Ощущая все то, что в свое время испытал Ушастик, я не мог не проникнуться чувством глубокого уважения. Чтобы выдержать подобное, надо иметь поистине стальные нервы. Или титановые яйца. А лучше — и то, и другое сразу! Лично я на месте Дара сломался бы еще на первом году жестокой муштры, а он продержался до самого конца. Еще и благодарственное напутствие от Совета Наставников отхватил, как отличник боевой и политической подготовки. Надо будет поинтересоваться результатами сегодняшней проверки — годен я для полноценного обучения или Ушастику специально для меня придется изобретать какой-нибудь щадящий режим?
Воспоминания не иссякали, как и мое любопытство. Но когда я самым подробным образом изучил период обучения в Академии и сделал небольшую паузу, раздумывая, не обратиться ли к более ранним пластам памяти, то почувствовал сильную усталость. Раньше она была незаметной, успешно скрываясь под пленкой чужих ощущений, но стоило мне остановиться, тут же навалилась всей своей массой, грозя раздавить без жалости. И я решил — достаточно. Нужно сделать перерыв, ведь Ушастик от меня никуда не убежит.
Повинуясь моему желанию, стайка картинок улетела прочь, туман постепенно развеялся, и я осознал себя сидящим за столом, сжимающим в кулаке недоеденный сухарь. Попробовал пошевелиться и едва не завыл во весь голос, сразу же получив все ощущения своего тела. Позвоночник немилосердно ныл, пятая точка основательно затекла, голова раскалывалась от боли, а во рту чувствовался неприятный солоноватый привкус. Полный песец! Вот это отходняк! Это сколько же я просидел без движения? Судя по ароматному запаху, доносящемуся из печки, однозначно больше часа. Как говорится, в компании с Ушастиком время летит незаметно, хе-хе!
Скривившись, я помассировал виски, но колючий ежик, обосновавшийся в моей черепушке, продолжал ворочаться, ощетинившись иголками во все стороны. Ох-ох-ох, что ж я маленьким не сдох!
— …после успешной сдачи экзаменов меня сразу отправили на границу, не дав даже увидеться с матушкой, — донесся до меня голос братишки. — Ну а дальнейшие мои подвиги тебе уже в общих чертах известны.
Покосившись на Дара, я обнаружил, что эльф сидит рядом, сосредоточенно перетирая какую-то траву в глубокой миске. И занимается этим довольно долго, принимая во внимание однородность получившейся темно-зеленой жижи. Постучав пестиком об край тарелки, Ушастик водрузил ее на стол, поглядел на меня и обеспокоенно поинтересовался:
— Ник, ты себя как чувствуешь?
— Но… кхе-кхе… Нормально, — со второго подхода выдавил я.
Дар не поверил, потрогал мой лоб и даже проверил зрачки.
— Хм, жара нет. Но мне очень не нравится твое бледное лицо.
— Не переживай, — через силу улыбнулся я. — Взбледнулось что-то. А если серьезно, я тебя заслушался и задницу напрочь отсидел.
Понаблюдав за тем, как я встал и, пошатываясь, начал активно массировать часть тела, по заверениям некоторых, ответственную за интуицию, Ушастик улыбнулся краешком губ и предупредил:
— Ты не молчи, если что не так. Наши составы на людях не испытывались, поэтому могут быть непредвиденные последствия.
‘Иными словами, не исключены побочные эффекты, в число которых входит все, что угодно. От расстройства желудка до преждевременного летального исхода, — разочарованно подумал я. — Вот спасибо, что просветил! Эх, Дар, ну почему, как только я начинаю тобой восхищаться, ты умудряешься отчубучить такое, что впору за голову
