Я вернусь, мам, совсем скоро!
Интерлюдия 1.
Тихон Сергеевич привычно стоял у окна и смотрел сквозь сумерки на ворота, через которые еще утром выходили такие разные братья Васильевы. Точнее — Васильев и Васин, и вовсе даже не братья, но эти детали волновали Милославского меньше всего.
Едва слышный скрип двери и знакомые шаги вывели мужчину из созерцательного состояния и заставили обратить внимание на вошедшего.
— Устроил?
— Да, Тихон Сергеевич. Все, как вы распорядились, без накладок. Тестирование уже завтра, но я уверен, Дмитрий справится, не зря же мы его весь последний год натаскивали?
— Хорошо. Можешь быть свободен пока. Мне утром к императору, так что потребуешься только после обеда. Отдыхай.
— Тихон Сергеевич…
— …?
— Можно спросить? — Антон бессменно служил у Милославского уже более десяти лет, так что в некотором роде был даже ближе, чем родной сын, а, значит, мог себе позволить некоторые вольности и любопытство.
— Спрашивай.
— Почему вы его отпустили? Вы ж сами говорили, что у вас есть указание попрессовать мальчишку? Или пришли другие распоряжения? Оттуда?.. — Антон многозначительно закатил глаза, намекая на источник новых вводных.
— Нет, все по прежнему… — недоумение на лице помощника немного позабавило мужчину, — Ты отчет врачей по Рогову читал?
— Нет, а этот тут причем?
— Абсолютно не причем. Если не считать, что у него был приказ — запугать мальчишку, пока его сюда везут.
— Не совсем понимаю связи…
— Нет никакой связи. И абсолютно здоровый капитан свалился с ног, всего лишь коснувшись сопровождаемого. Который, к твоему сведению, был в блокирующей сбруе, а трое суток до этого провел в камере для одаренных. Я специально так распорядился, не думаю, что москвичи прямой приказ нарушать стали, незачем им это. Как тебе?
— Вы думаете, это его рук дело?
— Кроме него самого точно никто не скажет. Хотя Василий Рогов клянется всеми святыми, что это работа нашего подопечного. Только домыслы капитана к делу не пришьешь, — Милославский вернулся за стол, — Распорядись насчет чайку, что ли? Раз отдыхать не хочешь.
Антон метнулся отдавать распоряжения. Патрон нечасто баловал его откровениями, несмотря на доверительные отношения, следовало пользоваться моментом.
— Муромский, когда ему поставили вопрос ребром, сказал, что такая возможность существует. Даже взялся повторить, не знаю только, на ком теперь проверить, — продолжил Милославский, получив чай, — Так что, делай выводы.
— Вы думаете, он и вас мог? — ужаснулся Антон пришедшей мысли.
— А почему нет? Кто я ему? Опекун брата? Весьма сомнительное родство…
— Но ведь вы не просто опекун? Другой бы на его месте вцепился в такую возможность?..
— Антон, вот ты сколько денег за два года сможешь заработать? Начистоту? И не просто заработать, а, допустим, в Самаре, где тебя никто не знает?
Вопрос шефа заставил ненадолго призадуматься:
— Я понял, к чему вы. Нет, миллион я бы вряд ли заработал. Но ведь и ему просто повезло. Или нет?
— Повезло. Повезло наткнуться на заговор и остаться в живых. Повезло заработать миллион. Повезло получить аттестат, не учась в школе. А еще повезло спасти дочку самого князя Кирилла Александровича. И даже получить от него приглашение на парад Империи. Получить свой собственный титул. Не много ли везения?
— А третий отдел не мог ему во всем этом помочь? Раз уж они в нем заинтересованы?
При упоминании о подразделении, только формально входящем в ПГБ, а по сути имевшем совсем другое подчинение, Милославский поморщился.
— А зачем им? Егор им послушный для чего-то нужен, иначе давить не требовали бы. Тоже мне, нашли пугало!
— Не скажите, у нашей конторы авторитет такой, что испугаться не грех.
— Знаешь, не нравятся мне эти игры, в которые они играют! Хотя бы потому, что я не понимаю их цели! Пусть сами с мальчишкой как хотят, так и договариваются, — Милославский допил свой чай и поставил чашку с негромким стуком, ставя точку в разговоре.
Но после небольшой паузы все-таки пояснил свою мысль:
— Не вижу смысла настраивать талантливого одаренного парня против себя и против нашей службы в целом. Он, в отличие от того же Дмитрия, — не восторженный юноша со взором горящим. Именно такие нам и нужны. Так что пусть все идет пока своим ходом.
Дом, милый дом, как же я рад тебя видеть! Возможность сделать передышку перед нырком в клоаку под названием «высший свет» несказанно радовала. К тому же остались у меня еще в Москве люди, которым я малость задолжал. Нехорошо это. Хватит
