Видящий маг

— Похоже, кристалл был немного поврежден, — нахмурился ректор, глядя, как часть картинок, мелькающих на экране, искажаются или и вовсе на какое-то время пропадают. — Жаль, что звук с помощью этого приспособления не передается. Иначе хоть что-то было бы понятно.
Я же, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться от робкой надежды, смотрел на смутные образы в зеркале. То, что, оказывается, звук не передается, и вовсе замечательно!
Артефакт успел зафиксировать тот момент, когда меня швырнуло в подворотню. При этом все происходило настолько быстро, что моя фигура показалось одним размытым пятном. Потом было сильное искажение, и картинка поплыла. По экрану замелькали лишь какие-то невнятные пятна.
В следующий раз она стала четкой, уже когда Ранаред загонял меня в угол, вращая мечами, как мельницей. И дальше все было очень отчетливо и заканчивалось тем, как тело эльфа разлетается на куски от разрушения его плетения.
Экран окончательно погас, а все присутствующие с недоумением переглянулись. Я же мысленно был готов танцевать или вопить от ликования. Ни черта у них на меня нет!
Впрочем, радовался я недолго, глядя на задумчивое лицо Гианары. Она ведь прекрасно знает, кто сражался с Ранаредом. И как поступит теперь, можно только догадываться. Даже по тем крупицам, которые они увидели, можно будет понять, что использовались непривычные артефакты. Воздействие «водного взрыва» было видно неясно, но все же тот, кто достаточно внимателен, мог и распознать. Взрыв, а потом густой пар. Конечно, и это можно принять всего лишь за искажения и размытость. Но все равно опасный момент.
— Похоже, противник эйра Глендгира находился под каким-то скрывающим плетением, — наконец, первым подал голос Адриан Ладаер. — Из этого можно сделать выводы, что это был либо темный маг, либо воздушник или водник. Хотя у последних скрытность неидеальная.
— Скажите, ваше высочество, — неожиданно обратился ректор к Гианаре. — Ваш подданный ведь обладал умением «сархар»?
Я невольно вздрогнул. Ректор оказался еще более проницательным, чем я думал. Принцесса же недоуменно изогнула брови.
— Так уж сложилось, что я заинтересовался методикой, которую эйр Айнтерел разрабатывает для обучения людей. И там об этом упоминалось, — Дигор Марлен развел руками. — Но веду я вот к чему. Если эйр Глендгир владел «сархаром», то мог почуять противника под любой маскировкой. Не так ли?
— Вы правы, — медленно проговорила Гианара, становясь еще более задумчивой. — И да, Ранаред Глендгир владел «сархаром». Он был воином-мастером третьего уровня.
— С каким же монстром он тогда сражался? — потрясенно воскликнул Винсент.
— Можно лишь предположить, что его противник тоже был из эльфов, — протянул глава дознавателей. — Вряд ли кто-то из людей на данный момент владеет «сархаром» настолько хорошо, чтобы потягаться с таким мастером, каким был эйр Глендгир.
— А как, кстати, успехи ученика эйра Айнтерела? — внезапно спросил принц, чуть прищурившись. — Насколько хорошо он владеет «сархаром»?
Проклятье! Неужели меня все-таки приплетут к этому?
— Только начал осваивать, насколько я знаю, — отозвалась Гианара. — Мы наблюдали за его тренировками. Хотелось понять, как много эйр Айнтерел открыл людям из наших знаний. Скажу прямо, результаты не впечатляют. Мальчишка был бы беспомощнее котенка в сражении с Ранаредом.
Даже умудрилась легкую насмешку в голос добавить, чтобы прозвучало достаточно правдоподобно. И ведь знает, кто на самом деле сражался с Ранаредом! Оставалось лишь восхищаться умением принцессы не выдавать настоящих эмоций.
— Да нет, ваше высочество, — поморщился ректор, обращаясь к Винсенту, — парень, конечно, талантлив, но не настолько. Вы видели, что сотворили с плетением эйра Глендгира? Я не знаю, какой конструкт применили, но он был еще сильнее, чем «воздушный смерч». У Аллина Нерта эльм настолько тонкий, что ему и самые простые плетения приходится создавать вручную. А это требует немало времени. Даже если допустить, что он каким-то образом выучил сложнейшее плетение, то как мог успеть его создать? Впрочем, и взять его ниоткуда он не мог. Нечто подобное боевые маги учат лишь на четвертом или пятом курсе. И то далеко не всем это дается. Боюсь, тут и правда замешан кто-то из сородичей принцессы Гианары.
— Или темных эльфов, — вставила девушка.
Вот ведь! Неужели хочет воспользоваться случаем и подложить свинью извечным противникам?
Дальше вопросы касались того, не могли ли через Ранареда попытаться добраться до Гианары. Или не мог ли он знать чего-то такого, что сподвигло кого-то на его устранение. И вообще что Ранаред забыл