«Он проиграл тебя в карты», — сообщает Наталье телохранитель её любовника. Но белокурая супермодель решает, что она заслуживает лучшей участи, чем пополнить гарем «нового русского», и исчезает. Однако скрыться от всевидящего ока нового «хозяина» не так-то просто… Хорошо, что рядом оказываются помощники — отставной сотрудник КГБ и латышский журналист. Хотя помощники ли они на самом деле — вопрос спорный…
Авторы: Жукова Мария Вадимовна
мне с каждой минутой хотелось все меньше и меньше.
Наконец мы поехали обратно в хоромы Ваxтанга Георгиевича. Приближаясь к дому, Ваxтанг связался по рации с Ленькой, отвечающим за собак, и велел их запереть. И тут у меня возник вопрос, который должен был появиться гораздо раньше: а что эта свора охраняет у дорогого Baxташи? Эти четвероногие друзья человека казались мне даже надёжнее ребят в пятнистых комбинезонах, пусть и не были вооружены ни автоматами ни пистолетами, ни гранатами. Такой зверь вoпьётся в горло — и объясняй ему потом, что был не прав. Скорее всего, объяснять придётся у ангелам. Или чертям.
Но что же все-таки имеется в доме у Вахташи, требующее такой охраны? Во мне снова проснулось чисто женское любопытство, и я, зная себя, поняла, что не успокоюсь, пока не удовлетворю его. Наши планы на остаток дня включали непродолжительный сон, ужин, а потом разведывательные мероприятия, в которых я ранее с энтузиазмом выражала желание участвовать. Теперь энтузиазма у меня поубавилось, а желание разведать секреты дома Вахтанга Георгиевича усиливалось с каждой минутой.
За ужином я объявила мужскому большинству, что не пойду с ними. Не дело молодой красивой женщине шляться ночью по лесу или, тем более, лежать где-то на сырой земле?
— Она сухая, — заметил Вадим. — Дождей-то уже сколько времени нет.
— Все равно мне нечего делать в лесу. Не хочу кормить местных комаров.
Я лучше телевизор посмотрю. Или почитаю. В этом доме книги какие-нибудь есть?
— Целая библиотека, — сказал Вадим без особого энтузиазма.
Ему что, не хочется оставлять меня без присмотра? Не доверяет своим дамочкам? Или считает что все бабы потрепаться любят, а тут как паз новая слушательница, которую можно считать своей? М-да, ситуация становится все интереснее.
Меня поддержал дядя Саша.
— Я тебе сразу же говорил, что нечего с нами ночью идти. Слава Богу, одумалась. Оставайся. Справимся уж как-нибудь без тебя.
Марис кивнул.
Никитин, Шулманис и Вадим стали собираться на дело в начале второго.
Перед выходом дядя Саша заглянул ко мне в комнату — вроде как бы попрощаться — и недвусмысленно показал мне глазами и руками, что я должна делать. Наверное, он опасался подслушивающих устройств. Я поняла его сразу же и так же жестами дала понять, что именно поэтому и остаюсь. Дядя Саша был растроган (или восхищён?) моей сообразительностью, поцеловал меня в щёчку и обещал особо не задерживаться. Я сказала, что не лягу, пока они не вернутся.
Отбывающих на дело мужчин мы провожали на пару с Людмилой, кухаркой и пассией (или сожительницей?) Вадима. Закрывая за ними ворота, Леонид, живший вместе с Валентиной, горничной, над гаражом, крикнул нам с Людой (скорее мне, чем ей), что выпускает собак и чтобы мы больше носа на улицу не высовывали. Мы удалились в дом, плотно закрыв за собой дверь.
Выглянув в окно, расположенное рядом с входной дверью в холле, и увидев вылетающих во двор тварей, засидевшихся в своей конуре (или как там называется то место, где их держат), я ещё раз убедилась в мысли, что такие охраннички здесь неспроста.
— Проведи мне экскурсию по дому, — обратилась я к Людмиле. — Так люблю квартиры смотреть!
— Это не совсем квартира, — заметила она. — Это загородный дом.
— Да я понимаю! Просто люблю глазеть на всякие модные дизайны, мебель и мечтать, что бы я сама сделала, если мы мне вдруг досталось такое жильё…
Людмила внимательно посмотрела на меня, а потом поинтересовалась:
— А сама-то где живёшь?
— У меня обычная однокомнатная в панельном доме, — махнула рукой я.
Зачем было пояснять, в каких хоромах мне довелось пожить у моих спонсоров?
— Ты — модель? — уточнила Людмила.
Я кивнула. По моему виду (не в маскарадном костюме) это сразу же становилось понятно: высокая, .худая, ноги растут почти от ушей. Людмила же была приземистой, с некрасивым, я бы сказала «крестьянским», лицом, в тёмных волосах уже пробивалась седина. Я дала бы ей лет тридцать восемь или тридцать девять. Сорока, пожалуй, ещё нет, но около того. Наверное, я вызывала у неё чувство зависти, и она многое отдала бы, чтобы выглядеть, как я. Но это подарок судьбы, спасибо маме с папой. Но каким-то образом я должна была расположить Людмилу к себе.
— Ладно, пошли, — сказала кухарка. — Только… не говори Вадиму, что я тебя по дому водила, ладно?
— А зачем мне ему вообще что-то говорить? — искренне удивилась я. — Кто он мне такой? Сват, брат? — Я помолчала немного и добавила:
— А здесь что, какой-то скелет в шкафу живёт?
Людмила рассмеялась.
— Вот чего нет — того нет. Скелетов не держим. Просто… Ну
