Визит очумелой дамы

нечего обижаться!
Я вспомнила, что бедное животное еще не знает, что только что лишилось хозяина, и хотела было приласкать кису.., но она так злобно зашипела и так выразительно оскалила при этом мелкие, но очень острые зубы, что я воздержалась от несвоевременного проявления приятельских чувств.
Вместо этого я решила, не тратя времени попусту, заняться тем, ради чего я сюда пришла, — осмотром квартиры Антона Скородумова.
Я открыла одну из четырех дверей и оказалась в аккуратной, красиво обставленной спальне.
Здесь было очень уютно, прибрано; на полу лежал пушистый светлый ковер, цвет которого явно подбирали к цвету кошачьего меха; на стенах висело несколько акварелей в узких белых рамах; в общем, очень славно, но постоянного женского присутствия в этой комнате не ощущалось. То есть я, конечно, не хочу сказать, что в этой спальне не бывали женщины — покойный Антон был очень хорош собой и наверняка избалован женским вниманием, но ни одна женщина не чувствовала себя здесь хозяйкой, не расставляла на тумбочке свою косметику и мелкие дамские аксессуары…
Я откатила зеркальную дверцу шкафа-купе, и мое первое впечатление подтвердилось. В шкафу висели только мужские вещи — отличные пиджаки и костюмы знаменитых французских и итальянских фирм, лежали стопки английских рубашек, коробки с хорошей дорогой обувью, шелковые галстуки ручной работы, ремни из кожи крокодила и питона…
Да, покойный любил и умел одеваться.
И никаких женских вещей.
Что ж, в этом есть хотя бы тот плюс, что я могу спокойно продолжать осмотр квартиры, не опасаясь внезапного возвращения хозяйки.
Точнее, хозяйка уже была тут — она стояла на пороге спальни, очень неодобрительно наблюдая за моими действиями, пуша усы и нервно поводя кончиком хвоста.
— Прости, дорогая, — повернулась я к ней, — тебе придется еще немного потерпеть мое присутствие!
Закрывая шкаф, я подумала, что станет после моего ухода с этой избалованной экзотической красавицей. Хозяин убит, близких людей, которые взяли бы на себя заботу о кошке, у него может и не быть… Скорее всего, ее ожидает невеселая судьба: выгонят ее на улицу, и примкнет она к бесчисленному множеству грязных и полуголодных бездомных кошек! Долго ей в таких условиях не протянуть…
Не найдя в спальне ничего интересного, я перешла в следующую комнату.
Это был кабинет хозяина.
«Здесь тоже, вопреки моим ожиданиям, царил удивительный порядок. Это шло вразрез с моими убеждениями. Мне всегда казалось, что мужчины от природы устроены так, чтобы создавать вокруг себя грязь и беспорядок, и бороться с ними совершенно бесполезно. Каждый раз, когда Генка менял носки или рубашку, грязное белье он швырял в совершенно непредсказуемых местах — то на стол рядом с компьютером, то на тумбочку в прихожей.., компьютерные дискеты я находила то на кухонном столе, то в ванной комнате…
Может быть, они это делают нарочно, чтобы нервировать и доводить женщин до нервных срывов, а если перестать бороться с этими дурными наклонностями, то им станет неинтересно и в них проявится внутренняя аккуратность? Вот ведь у Антона возле компьютера ничего не навалено, дискеты и компакт-диски аккуратно составлены в коробки, бумага для принтера сложена ровной стопкой…
Я просмотрела эту стопку. Бумага была чистая, никаких загадочных документов или подозрительных контрактов, из-за которых Антона могли зарезать, среди листов не попалось.
А на что я, собственно, рассчитывала — что прямо на столе у процветающего адвоката лежат криминальные документы? Нет, похоже, зря я взяла грех на душу, забралась в чужую квартиру!
Во всяком случае, порядок, в каком Антон содержал свое жилище, до предела упрощал мои поиски. Я открыла один за другим ящики письменного стола и просмотрела их содержимое.
В одном из ящиков были черновики документов с карандашными пометками — наверное, те дела, над которыми Антон работал последние дни. Словосочетание «последние дни» применительно к Антону приобрело страшный смысл… Среди этих бумаг лежали черновики завещаний, дарственных, доверенностей на ведение дел в суде. Ни одно из имен, упоминавшихся в этих черновиках, ровным счетом ничего мне не говорило, да и имущество, о котором в них шла речь, вряд ли стоило того, чтобы кого-то убивать, похищать или преследовать.
Во втором ящике лежала простенькая документация для пользователя персонального компьютера — детский лепет по сравнению с тем, что я видела у Генки, но зато в каком идеальном порядке! Уж в этой-то документации точно не было никакого криминала.
В третьем ящике вообще находились неинтересные вещи. Там, опять-таки в образцовом порядке, были сложены документы на автомашину господина