Эта история началась с Дома кино, куда я пошла со своей теткой Лушей, нарядившись в костюм из секонд-хенда, потому что своих вещей у меня не было — все они остались у бойфренда-изменника, от которого я ушла. Многие на тусовке приняли меня за какую-то Юльку. А едва я собралась уходить, какие-то бандиты схватили меня, затолкали в машину и тут же.., отпустили! Обознались, понимаете ли!
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
соседкой и буфетом. — Что тебе сделала бедная киска?
— Бедная киска? — с сарказмом повторила та. — Целый день работы.., коту под хвост! То есть кошке!
— Варя, успокойся, выпей чаю и расскажи, что произошло! Какая кошка между вами пробежала?
— Какая кошка? Да вот эта, наглая прожорливая дрянь!
Кэсси смотрела с буфета чистым и невинным взглядом христианской мученицы и призывала небеса в свидетели своей невиновности.
Хитрая Луша быстро выставила на стол коробку с ореховым печеньем, налила чай. Варвара скосила глаза на печенье, тяжело вздохнула и опустилась всем своим весом на многострадальную табуретку. Табуретка жалобно скрипнула, но выдержала вес.
Выпив одним глотком половину чашки и нанеся серьезный урон печенью, Варвара наконец перевела дыхание и несколько успокоилась. Заметив перемену в ее настроении, Луша придвинулась поближе и повторила:
— Ну расскажи, что все-таки произошло?
— Собрались мы… — начала было Варвара свою повесть, но ее рот был набит печеньем, и слова получились какими-то неразборчивыми. Она прожевала печенье и начала сначала:
— Собрались мы на работе, в центре нашем, Анатолия Ивановича помянуть… Толика… — Варвара громко всхлипнула, вспомнив о своей невосполнимой потере, и, в целях борьбы со стрессом, заглотила очередную порцию печенья. Прожевав его и немного успокоившись, продолжила:
— Договорились, кто чего завтра принесет. Из еды там.., из закуски. Нинка сказала, что селедку под шубой сготовит и помидор банку откроет, Алевтина Петровна рыбу в томате грозилась принести, Анфиса — ветчину… Ну а я пообещала корзиночки сделать с салатом. Ты ведь, Луша, знаешь, они у меня очень хорошо получаются, просто фирменное блюдо! — Варвара взглянула на мою тетку, призывая ее в свидетели, и той ничего не осталось, как уверенно кивнуть. — Ну, испекла я корзиночки, салат нарезала с крабовыми палочками… — со вкусом продолжала Варвара, — горошек положила, майонез, в общем, все, что положено.., разложила салат по корзиночкам, и тут как раз Нинка мне позвонила. Я на кухне оставила все как есть, к телефону побежала. Нинка-то чего звонила — что сериал перенесли, который мы с ней смотрим, и там как раз Патрисия своего Альбертика с любовницей застала. Ну, что делать — пришлось включить, раз у них такой аврал… Пока посмотрела да пока Нинке позвонила, мнениями обменялась, часа два приблизительно прошло. Ну, вспомнила я про корзиночки и тут как раз слышу — какие-то у меня на кухне звуки. Как будто там кто ходит и даже посудой гремит, вроде как на стол накрывает и обедать собирается. Я, понятное дело, женщина одинокая и очень испугалась. У меня нервная система и вообще-то на пределе после того, что с Толиком случилось, а особенно если на собственной кухне такие звуки, сами понимаете. Короче, взяла я скалку — уж не знаю, как она под руку мне подвернулась, — и отправилась к себе на кухню. И как же вы думаете, что я там застаю? — Варвара снова уставилась на Лушу, и та в растерянности покачала головой:
— Понятия не имею!
— Эту прохиндейку вашу! — Варвара обвиняющим прокурорским жестом указала на верх буфета, где Кэсси с самым невинным видом умывала свою мордочку.
— У, кобра египетская! — обругала Варвара это пушистое воплощение невинности.
— Не может быть! — воскликнули мы с Лушей в один голос.
— И не египетская, а бирманская! — добавила я, обидевшись за свою пушистую подругу.
— Сидит прямо на столе, — продолжала соседка, не обратив на наши слова никакого внимания, — сидит, ведьма, прямо на столе и выедает из корзиночек крабовые палочки! Все перепортила, гидра папуасская!
— Вот почему она не хотела есть! — наконец догадалась я. — Кэссинька, ты любишь крабовые палочки?
Кошка прекратила умываться и посмотрела на меня с большим интересом. Ее взгляд как бы говорил: «Где, где крабовые палочки?»
— У, обжора малайская! — продолжала Варвара свои географические изыскания. — Сидит теперь, как будто ни при чем!
— Как же она к тебе на кухню-то попала? — осторожно поинтересовалась Луша.
— Как-как! Видно, через окно! У меня окна-то открыты, а она по карнизу, по карнизу — и прямо ко мне на стол! И ведь, ведьма, все корзиночки переломала, все до единой!
Варвара отправила в рот остатки орехового печенья и по этому поводу на некоторое время замолчала.
— Извини, Варя, у нее тоже стресс, — начала я, — она любимого хозяина потеряла… А хочешь — возьми к завтрашнему столу вот, ветчинки…
Я мигом вытащила из холодильника солидный кусок ветчины и развернула пакет. Варвара алчно глянула на ветчину и согласилась.
— А что это на тебе надето? — спросила я, чтобы сменить тему.
— Так ведь поминки, — вздохнула она, — а черного я не ношу, не идет мне черное.
Я
