Визит очумелой дамы

совсем недавно, есть какие-то дальние родственники, так им ее квартиры хватит… Глухаренко теперь начнут таскать — мало не покажется! Пока отмажется, тут уж этот Рейн подоспеет со своими разоблачениями. Нам здесь больше делать нечего.
Я согласилась скрепя сердце: действительно, что мы можем сделать? Не идти же в милицию… Юлькиного тела никогда не найдут, Глухаренко ото всего отопрется…
Лиза снова повернулась ко мне и прошептала:
— Дай мне твою сумку!
— Зачем? — растерялась я.
— Не могу же я бегать с этим кейсом! Я себе отложу в твою торбочку половину капусты, с ней у меня будет самый обыкновенный вид, никто не привяжется!
— Ты, значит, не можешь с кейсом бегать, а я могу?
— Не заводись! Я прямо сейчас из города сматываюсь, а ты ведь, наверное, к тетке своей поедешь, там спокойно переложишь куда надо…
Я признала ее правоту и отдала свою довольно объемистую сумку.
— К Балтийскому вокзалу поезжайте, пожалуйста! — сказала Лиза водителю и принялась копошиться в кейсе, на ощупь отсчитывая свою половину денег.
Я не стала наблюдать за ней — при всех ее минусах девица она довольно честная.
Машина остановилась на площади у Балтийского вокзала. Думаю, что Лиза вряд ли собиралась ехать куда-то на поезде. Скорей всего она заметала следы. Ну, мне-то все равно.
— Ладно, — она выскочила из машины и махнула рукой, — не поминай лихом!
— Любовь без радости была, разлука будет без печали! — продекламировала я, провожая взглядом исчезающую в привокзальной толпе стройную фигурку с моей сумкой в руке.
— Что? — повернулся ко мне водитель.
— Нет, это я так, стихи вспомнила…
— А ехать-то теперь куда?
— Давайте теперь на улицу Рубинштейна.
Мы потащились по забитым машинами центральным улицам, то и дело попадая в пробки. Водитель оказался опытный, он умудрялся объезжать заторы — где по тротуару, где дворами, но все равно дорога заняла чуть не целый час. Но я уже не торопилась, все, что можно, уже было сделано.
Машина свернула на Рубинштейна и затормозила перед Лушиным домом.
— Большое вам спасибо, — улыбнулась я отставнику, — сейчас рассчитаемся…
И тут я замерла с раскрытым ртом.
У меня не было денег!
Я, не подумав, отдала свою сумку Лизе, а в ней лежал мой кошелек! И все мои деньги…
То есть у меня был полный кейс денег, сто пятьдесят тысяч долларов, но я совсем не хотела раскрывать его при водителе, вытаскивать из него банковскую упаковку, разрывать ее.., мало ли на какие мысли это наведет шофера! Хоть он и очень приличный с виду, но в наше время нельзя доверять внешности, за самой благопристойной личиной может скрываться настоящий злодей…
Насчет настоящего злодея я, пожалуй, переборщила, но все-таки не стоит вводить человека в искушение.
— Вы знаете, — я выдала жалкую, вымученную улыбку, — у меня, оказывается, нет денег.., подруга унесла кошелек…
Говорят же — правда всегда выглядит недостоверно, не правдоподобно, и если хочешь, чтобы тебе поверили, — лучше красиво соври. Во всяком случае, на отставника мои слова произвели самое скверное впечатление.
— Некрасиво, девушка, — сказал он очень неприязненно, — я пожилой человек, мне нужно зарабатывать на жизнь, а вы пытаетесь меня нагреть! Некрасиво и глупо. Что же вы, думаете, я молокосос какой-то, лох, которого можно так легко кинуть? Я третий год пассажиров вожу, всякого навидался! Замок у меня центральный, и пока не расплатитесь — из машины не выйдете. Стыдно!
— Но у меня правда нет денег! В этом доме моя тетя живет, я к ней поднимусь и принесу вам деньги, буквально через пять минут!
— Ага, а подъезд сквозной, ты в него войдешь — и поминай как звали! Нет, плати как договорились — двести рублей. Сто за дорогу, сто за ожидание.
— Но я же правду говорю, — в голосе у меня зазвучали слезы, — через пять минут принесу вам деньги!
— Тогда оставь свой чемоданчик, — водитель покосился на кейс, — принесешь деньги — заберешь его…
Такой вариант мне совсем не нравился. Заглянет дядечка в кейс — и все, мой адрес не дом и не улица.., сказано же — не надо лишний раз вводить человека в искушение…
Водитель не правильно истолковал мое молчание и окончательно рассердился:
— Говорю тебе, не на лоха напала! Плати, или в такое место завезу, из которого до вечера не выберешься!
— Дяденька, ну честно же вам говорю… — еще немного, и я действительно расплакалась бы: так все удачно складывалось, и вдруг из-за какой-то ерунды…
— Тоже мне, племянница нашлась! И не пробуй меня разжалобить, и не таких видал!
Короче, наши переговоры зашли в тупик, и высокие договаривающиеся стороны не могли найти консенсус.
И в этот момент я увидела Варвару.
Лушина соседка