Вкус греха

голов. Мирабелла старалась не смотреть на них, когда зажгла две свечи на столе, но их было так много… У нее мурашки побежали по коже, и она никак не могла избавиться от странного ощущения, что стеклянные глаза с укором смотрят ей в спину.
Мирабелла просмотрела пачку бумаг, пытаясь не расстраиваться из-за мысли, что Вит может оказаться прав. Она так старалась не обращать внимания на ноющие сомнения и на ужасную обстановку вокруг, что не заметила, как в холле раздались шаги, пока они не приблизились почти вплотную к двери.
Мирабелла опомнилась, когда шаги замерли.
Боже правый, у нее нет ключа, чтоб запереть дверь!
Мирабелла в панике схватила безвкусную коричневую вазу с каминной полки и вовремя успела встать за дверь. Та медленно и тихо отворилась.
Мирабелла подняла вазу над головой. Кто бы ни вошел, она стукнет его по голове и будет надеяться, что от удара он потеряет сознание или хотя бы растеряется и не увидит, как она выскользнет из комнаты.
Появилась нога. Молясь, что правильно рассчитала время, Мирабелла сделала шаг вперед и опустила вазу. Она мельком увидела каштановые волосы и голубые глаза, прежде чем рука Вита взметнулась вверх и перехватила вазу за миг до того, как она обрушилась бы ему на голову.
— Это лишнее.
— Вит, — сказала она, как ей казалось, шепотом, хотя кровь так сильно пульсировала в висках, что Мирабелла могла ошибиться.
Мрачно улыбаясь, Вит отдал ей вазу и закрыл дверь.
— Что, напугал тебя?
— Я знала, что это ты, — хмыкнула она и отставила свое оружие в сторону.
— Тогда зачем тебе ваза?
— Я же сказала, — растягивая слова, произнесла Мирабелла. — Я знала, что это ты.
— Нужно быть очень самоуверенной, чтобы ночью рыскать по дому.
— Беру пример с тебя. Мне показалось, ты пьян.
Он спокойно подошел к столу и сел в кресло дяди, как будто, подумала она с раздражением, вламываться в чужие кабинеты, словно к себе домой, для него привычное дело.
— Только показалось, — ответил он. Она положила руки на бедра.
— Ладно, раз уж ты здесь, постарайся в кои-то веки быть полезным и обыщи ящики стола.
— Уже.
— Я… ты пьян.
— Вовсе нет. Просто я намного проворнее тебя. Я обыскал комнату, когда остальные пошли спать. А это произошло больше часа назад. — Он откинулся на спинку кресла и высокомерно улыбнулся. Ее так и подмывало снова схватить вазу. — Нужно быть шустрее, чертовка, если хочешь играть в эту маленькую игру.
— Это не игра. — Она недоверчиво посмотрела на него. — Зачем же ты пришел, если уже обыскал кабинет?
— Тебя искал. Я заглянул в твою комнату, но тебя там не было.
— Откуда мне знать, что ты не пытаешься меня спровадить? Может, это просто уловка, чтобы…
— В нижнем ящике справа — полбутылки портвейна, два старых носовых платка, заряженный дуэльный пистолет и стопка пыльной почтовой бумаги.
Она нахмурилась, помедлила, подошла к столу и вытащила ящик. Все было так, как он описал.
— Что ж, — сказал он, рассматривая ногти, — я жду извинений.
«До вазы, — подумала она, — не дотянуться, а вот бутылка портвейна так и просится в руки».
— Это тоже ни к чему, — сказал Вит и задвинул ящик. Она насупилась и выпрямилась.
— Вряд ли ты скажешь мне, нашел ли что-нибудь.
— Даю слово, если я что-то обнаружу, сразу дам тебе знать. Сегодня я ничего не нашел.
— Конечно, нет. Ты ничего и не найдешь. Может, ты перестанешь…
— Я пришел сюда не для того, чтобы уже в который раз обсуждать, виноват твой дядя или нет.
Мирабелла хотела съязвить, но передумала. Голос его прозвучал резко, и, хотя вид у него был непринужденный, она чувствовала его напряжение. К тому же он стиснул челюсти.
— Ты злишься на меня, — сказала она, но подавила волнение и не стала теребить поясок платья. — Я не знала, что это ты, когда замахивалась вазой. Я бы ни за что не ударила тебя бутылкой. Я не убийца… но ты порой сам напрашиваешься.
— Ваза и бутылка тут ни при чем. Но раз уж ты спросила: да, я злюсь на тебя. За всю свою жизнь я еще ни разу не был так зол.
Мирабелла задумалась, посмотрела на него и сказала:
— А мне нет до этого дела.
Она направилась к двери, но он вскочил с кресла и схватил ее за локоть.
— Сначала ответь на вопрос… — начал Вит. Она попыталась высвободить руку.
— Я тебе не служанка, чтоб ты мной командовал, и не сестра, чтобы терпеть твою спесь. Отпусти.
— Не отпущу, пока мы все не выясним. — Вит подался вперед, чтобы припугнуть ее. — Сядь. Сейчас же.
Вит и раньше давил на нее, и не раз, но сейчас он делал это скорее подсознательно, ведь не было случая, когда этот прием срабатывал. Наоборот, ему за это крепко доставалось.