Вкус крови

непреклонно ответил Жебров. – А вы садитесь пока. – Он указал на стул.
Женщина открыла сумочку и с недовольным видом протянула паспорт.
– Получите, гражданка Шлыгина, – сказал начальник отделения, насладившись изучением документа. – Я полковник Жебров, а это, – он указал на Дмитрия, – старший следователь Самарин, который ведет ваше дело.
– Ну что там? Взяли много? – повернулась к нему Шлыгина. – Схватить воров, конечно, не удалось?
– На месте преступления обнаружен только его непосредственный исполнитель, – сухо ответил Дмитрий. – Но…
– Вы допросили его? – перебила бизнесменша. – Что он сказал? Мы потерпели невероятные, просто грандиозные убытки. Шутка ли – похищено аппаратуры на четыреста тысяч долларов. Конечно, груз был застрахован, в наше время без этого нельзя, но пока мы ее получим… В нашем деле простой – это тот же убыток. Так вы допросили его?
– Мы его не допрашивали, – прервал ее возмущенный стрекот Дмитрий, – потому что этот человек мертв. Его придавило контейнером. Это мальчик.
– Как это мальчик? – не поняла Шлыгина. – Что вы имеете в виду?
– То, что сказал, – ответил Самарин. – Подросток, работавший на похитителей.
– Так, – сказала бизнесвумен и вынула из сумочки пачку дорогих сигар в плоской металлической коробочке. – Закурить можно? – спросила она, обращаясь к полковнику Жеброву.
– Не возбраняется, – ответил тот, изобразив на лице «галантную» улыбку.
Общение с красивой и богатой женщиной, пусть даже с потерпевшей, грело его заскорузлую душу.
– И что же теперь делать? – спросила госпожа Шлыгина, пуская в воздух ароматизированный дым. – Для получения страховки мне нужно официальное подтверждение факта, что произошло ограбление со взломом.
– Это уже дело следователя. – Жебров снова указал на Самарина. – Постараешься, Дмитрий, для интересной женщины? На расследование уголовного дела нам дается два месяца, – начал он.
– Какой кошмар! Ждать два месяца? Да что там расследовать-то? Ясно же как день – произошло ограбление.
– Ну не обязательно оно будет длиться именно два. Вполне возможно, что и значительно меньше. Что ты думаешь, Дмитрий?
– Вы должны составить список похищенного, – без всяких эмоций ответил Самарин. – Накладные на груз у вас при себе?
– При себе, – ответила бизнесменша совершенно спокойно, будто вовсе не она десять минут назад в истерике ворвалась в кабинет.
Когда через час Инесса Ильинична Шлыгина, владелица фирмы «Инесса», покинула стены Ладожского отделения, она уже вовсе не казалась возмущенной. В изящной кожаной папке она уносила документ, подтверждающий факт кражи товара из контейнера на станции Ладожская-Товарная на общую сумму четыреста восемнадцать тысяч шестьсот пятьдесят долларов. Сам по себе документ не давал возможности получить страховку – она будет заплачена после закрытия уголовного дела, но это было уже что-то. Дмитрий снова пробежал глазами список украденного.
В основном ноут-буки, электронные записные книжки, мини-компьютеры системы «Эпсилон». Все это были компактные небольшие предметы, которые ничего не стоило вытащить, погрузить хоть на «Запорожец», а потом потихоньку распродать через компьютерные толчки.
И все же. И все же что-то в этой истории настораживало Дмитрия Самарина.
Выходной день подходил к концу. За окном давно стемнело – начался период питерских черных ночей, когда рассветает часов на пять. Идти в прокуратуру было незачем. Что бы сделал сейчас Мишка Березин? Со спокойной совестью поехал бы домой и, еще переезжая мост Александра Невского, начисто забыл бы и о фирме «Инесса», и о замерзшем подростке… Да, кстати, сегодня утром Дмитрий собирался брать с Березина пример. Значит, так и надо сделать Однако вместо того, чтобы спокойно ехать к себе на Петроградскую, Дмитрий пошел по путям – туда, где до сих пор стояла платформа с ограбленным контейнером. Ему повезло – туда следовал ремонтный электровозик, и на Ладожской-Товарной он оказался уже через несколько минут.
Он подошел к той самой платформе. Теперь ее освещал желтоватый свет фонаря, – к счастью, запасные пути всегда освещались, поскольку здесь постоянно происходило маневрирование. Самарин стоял и смотрел, стараясь представить, как все произошло. Митю подсадили на платформу, хотя он, разумеется, мог забраться и сам с его подростковой ловкостью… Потом ему подали напильник? Поразительно все-таки – четыреста с лишним тысяч долларов закрывают на пару-тройку навесных замков, причем обыкновеннейших, спилить которые можно за двадцать минут.
Неужели эта Инесса Ильинична такая дура? Или в подобные мелочи не вникает, а полагается на замов? Тогда эти