Леди Маргарита молилась, чтобы ее свадьба расстроилась. Ведь она не может ослушаться короля Генриха, который решил отдать ее в жены старому лорду. А тот согласился, польстившись на приданое и не побоявшись стать жертвой древнего проклятья. Избранник девушки должен искренне любить ее, иначе простится с жизнью. По дороге в церковь красавицу похищает загадочный Золотой рыцарь. Едва взглянув в его сияющие страстью и нежностью глаза, она поняла, что отныне только с ним может быть счастлива. Маргарита не предполагала, что уже много лет этот мужчина ждал минуты, когда сможет назвать ее своей возлюбленной! Кто же он?
Авторы: Блейк Дженнифер
— Небезопасно отвечать на вопрос?
— Небезопасно туда ехать, — раздраженно сказал он, снова повернувшись к ней. — Я должен любой ценой оградить вас от опасности.
— Я заперта в крепости и за мной присматривает достаточное количество воинов, так?
— Половина отряда, который Дэвид привел с собой, — решительно кивнув, уточнил Оливер.
— Что еще мне необходимо для безопасности?
— Как бы то ни было, я должен оставаться с вами.
— Поскольку Дэвид так сказал. Понимаю. — Она забарабанила пальцами по столешнице. — Очень хорошо. Мне нужен заслуживающий доверия человек, который доставит это сообщение. Да, и еще два воина, которые поедут с ним на случай каких-либо неприятностей. Ты проследишь за этим?
— Трое? Трое мужчин для выполнения задания, которое сначала поручили мне одному… — Его возмущение было забавным, главным образом потому, что он явно испытывал облегчение.
— Ты ведь польщен? — Маргарита считала, что Оливеру вполне можно было дать такое поручение. Что же касается других, она могла только надеяться, что каждый из них не даст остальным забыть о срочности задания.
— Чрезвычайно. — Он глубоко вздохнул, выпятив грудь. — И я думаю, что знаю, кого именно лучше послать, миледи.
— Я не сомневалась, что знаешь. Имей в виду: они должны дождаться ответа и сразу же пуститься в обратный путь.
— Bene, все будет сделано.
— Проследи за этим, иначе в следующий раз я отправлю Астрид.
Итальянец хитро покосился в ту сторону, где с шитьем на коленях сидела горничная.
— Почему вы не отправляете ее сейчас, с охраной или без?
Маргарита не смогла сдержаться и рассмеялась.
— Я без нее не справлюсь. Должен же кто-то помогать мне одеться, у меня ведь рука не сгибается. — Она приподняла раненую руку. — Кроме того, ты же знаешь, что скучал бы по ней так, как по утреннему элю, если бы она уехала.
— Человек привыкает обходиться и без эля, — мужественно заметил он, снова покосившись в сторону окна.
— Негодяй! — буркнула Астрид, но без прежнего запала, завязала нитку узелком и перекусила ее, тихонько щелкнув острыми зубками. — Ты ведь знаешь, что любишь меня.
— Ничего подобного! — возмутился Оливер.
— Ха! О да, ты меня любишь! Ты хочешь моего тела. Ты хочешь посмотреть, как я устроена под юбками.
Он умоляюще посмотрел на Маргариту.
— Миледи, вы только послушайте ее!
— Знаешь, ты ведь сам это начал, — не испытывая никакого сочувствия к оруженосцу, заметила Маргарита. Отодвинув табурет, она встала и вышла из комнаты, оставив их препираться дальше.
Ответ, которого она ждала, пришел чуть ли не через две недели и оказался отрицательным. Матушка настоятельница женского монастыря около Вестминстера, из которого Дэвида отдали в ученики дубильщику, еще до его спасения Бресфордом, высказывала сожаление, что не может быть полезной. Она не помнила никакого голубоглазого и белокурого мальчика, который родился бы в женском монастыре бог знает когда и сразу после рождения был заклеймен, и соглашалась с тем, что подобный случай, несомненно, незабываем. Однако она занимала этот пост только последние пять лет, получив его после того, как прежняя аббатиса умерла от потовой лихорадки. Пытаясь разузнать необходимые сведения, она побеседовала с несколькими пожилыми монахинями, уже обитавшими в монастыре в то давнее время. Они хорошо помнили молодого человека по имени Дэвид, у которого было клеймо, описанное леди Маргаритой, но сказали, что он попал к ним уже большим мальчиком, а не младенцем. По странному недосмотру факт его появления не был зафиксирован в книге учета, и потому матушка настоятельница не могла сказать, когда именно он прибыл в монастырь Святой Терезы. Аббатиса выражала сожаление, что больше ничем помочь не может.
Маргарита была разочарована, но не обескуражена. Она с самого начала подозревала, что задача у нее не из легких. Снова сев за стол, она написала еще четыре письма и велела их отвезти в женские монастыри, находящиеся в пределах одного дня пути от Лондонского женского монастыря.
Прошло еще две с лишним недели, пока, наконец, троица посыльных — мужчин из Брюгге, сражавшихся бок о бок с Дэвидом и Оливером в течение многих лет, — вернулась. Они были запыленные, потные, смертельно уставшие, и лошади у них были не те, на которых они покидали стены крепости. Маргарита позволила им лишь опрокинуть по кубку эля, прежде чем призвать к себе старшего.
— У тебя есть ответ для меня? — нетерпеливо спросила она, как только он вошел.
— Да, миледи, четыре. — Он порылся в мешочке, свисавшем с его пояса, но достал оттуда только один, довольно измятый свиток пергамента с крошащейся восковой печатью.
— Что это? — спросила
