Согласно условиям отцовского завещания, очаровательная Делейни Шоу должна провести в родном городишке целый год. А здесь главное для нее — держаться подальше от самого красивого и сексуального мужчины Ника Аллегреццы. Впрочем, с этим у Делейни проблем быть не должно — достаточно вспомнить, что лихой байкер Ник, ее первая любовь, когда-то оставил ее. Ник по-прежнему способен покорить даже самую неприступную женщину. Но стоит ли Делейни рисковать ради этого легкомысленного сердцееда, явно не способного на глубокое чувство?..
Авторы: Рейчел Гибсон
простыни. Их теплые тела прижались друг к другу. На этот раз Ник любил ее неторопливо. Его прикосновения были другими, не такими, как прежде. Он гладил все ее тело, соблазнял долгими чувственными поцелуями, дразнил ее груди горячим ртом и влажным языком, и когда он наконец вошел в нее, его движения были медленными, контролируемыми. Сдерживая себя, он доводил Делейни до неистовства и все это время неотрывно смотрел ей в глаза.
Чувствуя приближение оргазма, она закрыла глаза.
– Открой глаза, – хрипло сказал Ник. – Я хочу видеть твое лицо, когда ты кончаешь.
Делейни открыла глаза и встретилась с его напряженным взглядом. Что-то в его просьбе ее насторожило, но она не успела об этом задуматься – движения Ника стали резче, толчки глубже. Она обхватила ногами его бедра и забыла обо всем, кроме горячего напряжения желания, нарастающего в ее теле. К этой мысли Делейни вернулась только на следующее утро, перед рассветом, когда Ник поцеловал ее, прощаясь с ней у дверей ее квартиры. Глядя, как он уезжает, она вдруг вспомнила странное выражение его глаз, когда он держал ее голову в ладонях. Он смотрел так, как будто наблюдал за ней со стороны, отстраненно, но в то же время хотел, чтобы она помнила, что это он, Ник Аллегрецца, обнимает и целует ее, доводя до неистовства.
Они занимались любовью в кровати Ника, потом в ванне, но ни один раз не был похож на то безумное соитие в кладовке отеля, когда Ник любил ее с таким неистовством и жадностью, как будто совершенно утратил контроль над собой. В доме Ника Делейни ни разу не почувствовала себя желанной так остро, как это было в отеле.
«Я хочу тебя. Сейчас», – сказал тогда Ник. Он хотел ее так же отчаянно, как она его. Его прикосновения были жадными, полными желания, и Делейни мечтала о них больше, чем о медленных томных ласках.
Делейни заперла за собой входную дверь и сняла пальто. Они с Ником не договаривались о следующей встрече. Он не сказал, что позвонит, и хотя Делейни умом понимала, что, вероятнее всего, это к лучшему, не могла побороть разочарование. Ник из тех мужчин, от которых женщине не стоит ждать чего-то, кроме потрясающего секса, и о таких понятиях, как «следующий раз», лучше даже и не думать. Лучше – но не получается.
Над толстой сосной, засыпанной снегом, взошло солнце. Золотистые лучи разбежались по полузамерзшему озеру. Ник стоял в своей спальне у стеклянной двери на балкон и смотрел, как рассвет разгоняет тени. Снег сверкал на солнце множеством крошечных бриллиантов так ярко, что Ник отвел взгляд. Он отвернулся и посмотрел на кровать. Одеяло и простыня сбились на самый край.
Теперь он знал, что это такое. Он знал, что такое обнимать Делейни и прикасаться к ней так, как ему всегда хотелось. Теперь он знал, каково это, осуществить свою самую давнюю фантазию – уложить ее в свою постель, смотреть в ее глаза, погружаясь глубоко в ее тело, знать, что она его хочет и что он доставляет ей наслаждение.
У Ника было немало женщин. Возможно, больше, чем у многих других мужчин, но меньше, чем ему приписывала молва. Кому-то из них нравилось заниматься сексом медленно, кому-то – быстро, были среди его любовниц и изобретательные и те, кто признавал только миссионерскую позу. Одни считали, что все должен делать Ник, другие из кожи вон лезли, чтобы его ублажить. С некоторыми он и сейчас поддерживал дружеские отношения, других никогда больше не видел. Но ни одна из женщин никогда не заставляла его терять контроль над собой. Ни одна – до Делейни.
Как только он втащил ее в ту кладовку, обратного пути уже не было. Как только она поцеловала его так, будто хотела проглотить, обвила его бедро ногой и прижалась к его восставшему члену, все на свете утратило значение – все, кроме желания погрузиться в ее тело. Нику стало наплевать на завещание Генри, и, уж конечно, его не волновало, что их может застать кто-то из работников отеля. Овладеть ею – только одно это было для него важно. И потом он это сделал – и едва не упал на колени. Секс с Делейни потряс Ника до глубины души. Он был просто ошеломлен.
Новое знание грызло его изнутри, заставляло одновременно и ненавидеть Делейни, и мечтать прижать ее к себе и никогда не отпускать. Но она уедет. Придет срок, и она умчится из города на своей маленькой желтой машине. Ник это знал и чувствовал себя как в аду.
Делейни расчесала пальцами влажные волосы на затылке Ланны и критически оглядела ее в зеркале.
– А если мы здесь подстрижем вот настолько? – Она провела рукой невидимую линию на уровне ушей. – У вас достаточно выразительная линия подбородка, и короткая стрижка вам очень пойдет. Сзади можно срезать наискось, и вы будете взбивать волосы.
Ланна наклонила голову
