Внезапные наслаждения

поэтому она сосредоточилась на чувствительной головке. Обводила языком. Покусывала нежную плоть.

Квинн застонал, стараясь удержаться и не выпустить на волю свою страсть. Если бы он посмел, запустил бы кулак в ее темные волосы, чтобы удержать голову на месте, и врезался бы ей в рот до самого горла! Заставил бы ее отсосать его семя насухо! Но его руки были скованы, а ощущение маленького дилдо в заднице казалось невероятно раздражающим.

Испытание помогла выдержать мысль о том, что через несколько минут он подомнет ее под себя и затрахает до умопомрачения. Это и ее обещание даровать ему теплую одежду, которую он теперь сможет свободно носить в холодные дни. Иногда сырой ветер, дующий зимой с реки Тибр, свирепо вгрызался в его кости.

Сцепив зубы, Квинн постарался сосредоточиться на постыдном ощущении между ягодицами и забыть о том наслаждении, которое доставляли ему ее восхитительные губки.

Наконец госпожа со смехом отпустила его и встала.

– Ты воистину силен, Квинн, – заметила она и, вытащив из его зада мраморный стержень, расстегнула кожаные кандалы.

Раб поднялся, возвышаясь над ней больше чем на голову.

– Так я прощен, госпожа? – тихо спросил он. Эшли провела ладонью по его широкой гладкой груди.

– Прощен. А теперь убери все это и ложись со мной в постель.

Он поспешно выполнил приказ и, обернувшись, увидел, что она уже распростерлась на большой кровати, стоявшей на возвышении. Квинн лег на спину и, подняв Эшли, стал медленно насаживать на свою восставшую плоть, пока она не вобрала его до конца.

– Теперь можешь взглянуть на меня, – сказала она ему и, когда взгляды голубых и зеленых глаз скрестились, стала объезжать его.

Он сжал ее груди, играя с ними, разминая, как тесто, подавшись вперед, чтобы сначала лизать, а потом посасывать ее соски. И улыбнулся, когда она, прикрыв глаза, тихо застонала.

– Госпожа – искусная наездница.

– Я научилась этому в детстве от своего дяди, – объяснила она, так и не открывая глаз.

– И он обладал таким же мощным оружием, как у меня? – дерзко спросил Квинн.

Эшли засмеялась и открыла глаза.

– О, в этом отношении ты уникален, Квинн. Восхитительно уникален, – заверила она.

Он обхватил Эшли и сел, вынуждая ее не шевелиться. Их губы слились. Языки затеяли чувственный танец. Ее груди расплющились о его грудь, а сердце подпрыгнуло, когда он перевернулся и лег сверху.

– Обхвати меня ногами, госпожа, – прорычал он. – День у тебя сегодня выдался утомительным. И тебя просто необходимо хорошенько оттрахать перед сном. Я твой раб и готов услужить тебе.

– Даааа, – выдохнула Эшли. Именно этого она и хотела! Чтобы ею овладели жестко и без предварительных игр. Может, тогда раздражение, накопившееся за день, уйдет? – Возьми меня, Квинн! – скомандовала она. – Служи своей госпоже, и служи усердно!

Он стал двигаться сначала медленно, с силой вонзаясь в нее, жадно овладевая, заставляя трепетать и стонать под его ударами. Через несколько минут он замер, позволив ей ощутить пульсацию его плоти, погруженной в ее тугое лоно. Она закинула ноги ему на плечи, давая проникнуть еще глубже. Он сжал ее запястья и поднял ее руки над головой.

– Заставь меня кончить! – приказала она.

Ритм движений все убыстрялся. Одновременно он стал теребить потаенную горошинку ее естества, сначала просто перекатывая между пальцами, а потом ущипнув. Эшли взвизгнула, ощутив, как стенки ее лона стали конвульсивно сокращаться. Внизу живота словно взорвалось что-то, и она пронзительно вскрикнула, сметаемая ураганом наслаждения. А когда несколько секунд спустя пришла в себя, к собственному удовольствию, обнаружила, что он по-прежнему тверд и готов к бою.

– Боги! – воскликнула она. – Ты и вправду прекрасно управляешься со своим оружием.

– Ты довольна мной, госпожа? – прошептал он.

– Ты был примерным рабом. Но ночь еще молода, а я так и не насытилась. Придется как следует потрудиться, чтобы заработать теплую одежду.

– Если госпожа еще голодна, значит, нужно сделать все, чтобы заглушить этот голод, – заключил Квинн, снова принимаясь двигаться.

Одной из причин, по которым Эшли обожала «Ченнел», была неутомимость тамошних мужчин, а также ее способность получить несколько оргазмов за один визит. В эту ночь раб пять раз доводил ее до экстаза. И наутро она проснулась удовлетворенная и расслабленная впервые за последние несколько недель. Привычно закрыв телевизионный экран, она отложила пульт. За окнами уже светлело, но часы у кровати показывали всего четверть шестого. Впрочем, сейчас июнь, а летом светает рано. Птицы на деревьях вокруг дома и в плюще,