Внезапные наслаждения

два. К северу от города. В детстве мы сначала летели в Рим навестить родных ма, а потом поездом добирались до Венеции. Помню, как мы с Фрэнки выглядывали в открытое окно вагона первого класса и делали снимки видов города на противоположной стороне залива. Сойдя с поезда, мы добрались до площади Висконсини катером. Пришлось самим тащить вещи до виллы.

– А как поедем мы? Неужели мне придется самой нести чемодан? – жалобно спросила Эшли.

– Из Нью-Йорка до Венеции есть прямой рейс самолетами компании «Дельта». Девятичасовой полет. Забронируй нам билеты первого класса на ближайшее число, – попросил Райан.

Через два дня они вылетели из аэропорта Кеннеди, сдав в багаж две сумки. Эшли захватила в самолет маленькую сумочку, а Райан – небольшую книгу по венецианской мебели. Они подверглись тщательному досмотру: сняли обувь и куртки, прошли через металлодетектор, снова надели обувь и забрали книгу и сумочку. Только потом их допустили в самолет. Эшли была рада, что летает не часто: с каждым годом досмотр становился все более хлопотным. Удивительно еще, что удалось взять билеты в первый класс, впрочем, в это время года немногие ездят отдыхать. Кроме того, вечер четверга – неподходящее время для деловых поездок.

Им попался новый самолет, сиденья которого раскладывались в односпальные кровати. После ужина они с Райаном заснули, держась за руки. Стюард разбудил их за час до приземления. За окнами светило солнце. Стюардесса принесла им завтрак: яичницу, круассаны и кофе с молоком. Они приземлились точно по расписанию.

Аэропорт Марко Поло находился в шести милях к северу от города. Забрав багаж, они сели на рейсовый автобус, которому предстояло доставить пассажиров до пристани. Райан нанял частный катер, чтобы добраться до города. Подойдя к пристани, они увидели молодого человека с табличкой, на которой было написано «Малкахи», и устремились к нему.

– Синьор Малкахи? – спросил мужчина.

– Si. Райан Малкахи и синьора Малкахи, – кивнул Райан.

– Я говорю по-английски, синьор. Меня зовут Пьетро. Позвольте ваши вещи.

Он проворно уложил вещи в катер и помог Эшли подняться на борт.

– Если не возражаете, синьор, я не прочь попрактиковаться в английском. Это помогает общаться с туристами летом. Правда, графиня сказала, что синьор говорит по-итальянски.

– Значит, вы знаете, куда ехать? – спросил Райан.

– Палаццо Висконсини, синьор, верно?

Райан кивнул.

– Вижу, погода хорошая.

– Это вы привезли с собой тепло, синьор. Говорят, всю следующую неделю будет солнечно. Весьма необычно для ноября.

Выйдя на открытую воду, катер стал быстро удаляться от пристани. Эшли любовалась силуэтами городских домов. Сама Венеция словно сошла со страниц волшебной сказки: золотые, синие и терракотовые крыши домов сверкали на солнце.

– А где же гондолы? – спросила она у Пьетро.

– Некоторые все еще на плаву. Но большинство уже стоят на приколе. Зимой в Венеции почти нет туристов.

По мере того как катер приближался к городу, Эшли с восторгом отмечала, что движение на воде становится все более оживленным. Пьетро даже снизил скорость, чтобы избежать аварии. Райан показал ей вапоретто – нечто вроде водного трамвайчика. Эшли поняла, что они попали в час пик: судов становилось все больше. Ей очень понравился такой способ передвижения. Она заметила несколько похожих катеров. Были тут и барки, заваленные горами товаров, но ее восхитила та, с которой сгружали свежие овощи и фрукты у рыночного причала. Как-то даже пришлось остановиться, чтобы пропустить плавучую «скорую помощь». Казалось, что вся жизнь венецианцев проходит на воде.

Наконец катер снова сбавил скорость и свернул в узкий канал, обсаженный деревьями. Эшли увидела здания, за которыми виднелись сады.

– Канал Висконсини, – пояснил Пьетро. – Очень необычное явление. Даже дворцы на Большом канале не имеют ничего подобного. В прежние, великие, времена два здания, которые мы только что миновали, служили складами империи ди Висконсини. Как все знатные семьи, они разбогатели на торговле. Поверьте, это неслыханная вещь – иметь частный сад в центре города. Графиня получила бы целое состояние, если бы решилась продать дворец.

– Но она никогда его не продаст, – усмехнулся Райан.

– Значит, вы хорошо знаете графиню, – кивнул Пьетро.

– Как-то летом я вместе с родителями жил в гостевом домике графа и графиня. Она учила меня итальянскому, а я ее – английскому. Взгляни туда, Эш, это гостевой домик. – Он показал на очаровательную маленькую виллу, возвышающуюся среди деревьев.

– В Венеции почти не бывает перемен, синьор, – заметил