Воин духа

прав, Чин. Я звала вас не за этим. Скажи Ар, как наши ребята, научились чему-нибудь?
– Ну, пращой они уже научились пользоваться. По крайней мере по голове себе уже не стучат, – усмехнулся в ответ Араб. – Но с рукопашным боем, похоже, будут большие проблемы.
– Я знаю. С самого детства их учили, что причинять людям боль неправильно. А теперь тебе приходится вбивать в их упрямые головы совершенно другие вещи, – усмехнулась в ответ Кара. – Но я позвала тебя не за этим. Ты пришёл, чтобы помочь нам, и в ответ мы обязаны научить тебя тому, что умеем сами.
– Но я ещё ничему не научил вас, – растерялся Араб.
– Не скромничай, чужестранец, – покачала головой Кара. – Ты уже сделал больше, чем мы могли ожидать.
– Что ты имеешь в виду? – не понял Араб.
– Ты дал нам оружие, которым могут пользоваться простые пастухи и спрятать которое не составляет труда. Ты первый, кто смог дать нам такое оружие. И мы должны отплатить тебе тем же.
– Но я не видел у вас никакого оружия, – пожал плечами Араб.
– Я говорю не про оружие, – усмехнулась Кара.
– Ты хочешь научить его мыслеречи?! – изумлённо воскликнул Чин.
– Да. Он должен овладеть этим даром. Не знаю, почему, но чувствую, что это важно. Но он должен получить не просто способность слышать людей. Мы должны ввести его в высшую касту посвящения, – решительно ответила Кара.
– Но это невозможно! – пробормотал старик. – Высшую касту получают только помнящие. Только они могут получить такое посвящение и только они решают, кто достоин его.
– Я старейшая помнящая и имею право не прибегать к совету в особых случаях. Но в этот раз все помнящие согласились со мной. Это уже решено. Я позвала тебя только за тем, чтобы сообщить о нашем решении. На третьей стоянке, считая от сегодняшней, все помнящие отправятся в храм, чтобы провести посвящение. Пойми, Чин, это поможет ему в его войне. Все наши юноши не смогут сделать того, что сделает он один. И наша цель – помочь ему. Всё изменилось, вождь. Всё, – тихо добавила она и, опустив голову, затихла, словно уснула.
Далеко не всё понявший Араб переводил взгляд со старухи на Чина и обратно. Сообразив, что помнящая сказала всё, что хотела, он осторожно кашлянул, привлекая её внимание.
– Хочешь что-то спросить, чужестранец? – усмехнулась старуха.
– Хотелось бы узнать, что означает это ваше высшее посвящение? – сказал Араб, тщательно подбирая слова.
– Мы отправимся в храм, где помнящие вручат тебе великий дар. Способность понимать людей и животных и управлять их разумом. Не стану говорить больше. Остальное ты поймёшь, когда пройдёшь посвящение, – ответила Кара и, помолчав, добавила: – А теперь займись тем, ради чего пришёл к нам. Дай ребятишкам дело, которым они будут заняты, пока ты не вернёшься.
– Но сейчас не самый подходящий момент, чтобы уходить. По нашим следам идут краги, и я единственный, кто сможет заставить их отступить, – неуверенно возразил Араб.
Он никак не мог поверить, что эти простые пастухи владеют такими способностями. Ведь это была огромная власть, а они прозябают на такой низкой ступени развития. Но довести до конца свою мысль ему не дали. Пожевав сухими бескровными губами, Кара ответила:
– Ты прав, чужестранец. Всё случится завтра. И ты действительно единственный, кто заставит их отступить. Но не беспокойся. Мы всё успеем. Поверь старой высохшей тыкве. Мы всё успеем. У тебя впереди трудный путь. Но ты справишься. Я это знаю.
Посмотрев на Чина, Араб неопределённо пожал плечами и, махнув рукой на все несуразицы, решил просто подождать. Время само расставит всё по местам. Единственным, что накрепко отложилось в его памяти, были слова помнящей о том, что всё случится завтра.
Выпрыгнув из фургона на траву, Араб обвёл лес задумчивым взглядом и принялся догонять свой транспорт. Караван племени медленно катился по кромке леса. Боски, огромные, неторопливые, меланхоличные животные неимоверной силы, медленно тащили громадные фургоны, подгоняемые мысленными приказами погонщиков. Дождавшись, когда весь караван медленно пройдёт мимо, Араб внимательно осмотрел оставленные на мягкой земле следы. Присев на корточки, он задумчиво поковырял пальцем вывернутый колесом пласт дёрна и, мрачно покачав головой, отправился догонять караван. Догнав фургон Чина, Араб без приглашения запрыгнул в него на ходу и, кивком поприветствовав старейшину, уселся на расстеленные у стены шкуры. Немного помолчав, Араб тихо спросил:
– Скажи, Чин, во время движения у тебя все мальчишки заняты?
– Нет, – удивлённо покачал головой старик. – Ребятишки сидят по фургонам или просто носятся по всему каравану.
– Хорошо. Нужно собрать несколько