Воины

тела. Голова уходила под воду с третьего гребка на четвертый. Воды у него в легких было не меньше, чем воздуха. Он уже не слышал ничего, кроме своего собственного колотящегося сердца. Поле зрения схлопнулось в одну ослепительную точку. Наконец он почувствовал, что больше не всплывет. В легкие хлынула вода. Он ушел на дно, в глубину, во тьму.
Но покоя не было и там.
Тьма по-прежнему пугала его.

Летняя гроза гремела ставнями и грохотала раскатами грома, которые звучали так, будто небо рушилось на землю. В окна хлестал дождь, вспышки молний раскалывали ночное небо.
Бенни забился под кровать вместе с сестрой. Он дрожал, прижавшись к ее боку. Она припала к полу, насторожив уши, задрав нос. Каждый раскат грома отдавался эхом в ее груди: она грозно рычала на грозу. Бенни от страха напустил небольшую лужицу, промочив ковер под собой. Он был не такой храбрый, как его большая сестренка.
Трах-тах-ТАРАРАХ!
Комнату залило ослепительным светом без теней.
Бенни заскулил, его сестра гавкнула.
С кровати свесилось лицо и уставилось на них. Мальчик, вися вниз головой, прижал палец к губам.
— Тише, Жужа, папу разбудишь!
Но его сестра не обратила на это внимания. Она лаяла, лаяла, пытаясь напугать того, кто прячется в грозе. Мальчик спрыгнул с кровати и растянулся на полу. Его руки подтащили щенков поближе. Бенни охотно прижался к нему.
— Ой, фу-у! Ты весь мокрый!
Жужа вывернулась из рук и принялась носиться по комнате, гавкая, задрав хвост, поставив уши торчком.
— Да тише ты! — твердил мальчик, пытаясь поймать ее, не выпуская из рук Бенни.
В коридоре хлопнула дверь, послышались шаги. Дверь комнаты распахнулась. Вошли огромные голые ноги, похожие на древесные стволы.
— Джейсон, сынок, мне же завтра рано вставать!
— Извини, пап! Они просто перепугались из-за грозы.
Раздался тяжкий вздох. Большой человек поймал Жужу и вскинул ее в воздух. Она немедленно облизала ему все лицо, молотя по рукам хвостом. Но все равно рычала каждый раз, как небо грохотало на них.
— Им придется привыкнуть, — сказал мужчина. — Грозы теперь будут до конца лета.
— Я их вниз отнесу. Мы ляжем спать на диване на задней веранде. Если они будут со мной… может, так им будет легче привыкнуть?
Жужу отдали мальчику.
— Хорошо, сынок. Только лишнее одеяло захвати.
— Спасибо, пап!
Большая рука похлопала мальчика по плечу.
— Ты хорошо о них заботишься, молодец. Я тобой горжусь. Смотри, какие они здоровенные вымахали!
Мальчик, пытавшийся удержать в руках сразу двух дрыгающихся щенков, рассмеялся.
— Да уж, я знаю!
Через несколько минут все трое зарылись в уютное гнездышко из одеял на пыльном диване. Пахло мышами и птичьим пометом — ветер и сырость усилили все запахи. Но все равно ему еще никогда не лежалось так здорово, потому что они были все втроем. Даже гроза поутихла, хотя с темного безлунного неба все еще хлестал ливень. Он стучал по тесовой крыше веранды.
Но как только Бенни успокоился достаточно, чтобы начать задремывать, его сестра снова вскочила на ноги, ощетинилась и зарычала. Она выскользнула из-под одеял, не потревожив мальчика. Бенни ничего не оставалось, как последовать за ней.
«Что случилось?»
Бенни теперь тоже насторожил уши и принялся прислушиваться. С верхней ступеньки крыльца он смотрел во двор, выметенный грозой. Раскачивались ветки деревьев. По лужайке молотили капли.
Потом Бенни тоже услышал то, что слышала она.
Стук калитки. Осторожное перешептывание.
Там кто-то есть!
Сестра рванулась вниз. Бенни, не раздумывая, помчался за ней. Они понеслись к калитке.
Невнятный шепот превратился в слова:
— Заткнись, жопа! Давай поглядим, тут ли собаки!
Бенни увидел, как калитка распахнулась. В ней появились две гони. Бенни замедлил было бег — но тут же почуял мясо, сырое, кровавое мясо!
Ну, что я тебе говорил?
В темноте сверкнул луч фонарика, ударивший в его сестренку. Жужа замедлила бег, и Бенни наконец сумел ее догнать. Один из незнакомцев присел на корточки и протянул открытую ладонь. С ладони пахло сочным, вкусным мясом.
― На! Хочешь? На, на! Идите сюда, сученята!
Жужа подобралась поближе, почти припав на брюхо, осторожно виляя хвостиком. Бенни пока принюхивался, задрав нос. Однако завораживающий запах тянул его к себе следом за сестрой.
Как только они подошли к калитке, темные фигуры набросились на них. На Бенни упало что-то тяжелое и окутало его с головой. Он попытался было взвизгнуть, но чьи-то пальцы стиснули ему мордочку, и визг превратился в приглушенный скулеж. Он услышал, как рядом скулит сестренка.
Его