Воины

может человек с поверхности.
И тут первые снаряды начали рваться у него над головой. С потолка посыпалась пыль. Стена пошла трещинами.
Томми осознал, что находится точно под серединой Нейтральной Полосы. Артиллерия обеих сторон не должна была обстреливать это место — разве что у них с прицелом было совсем плохо. Они должны были целить по окопам противника.
Ниниесландо содрогнулся и покачнулся от обстрела. Свет погас — снаряд где-то перебил провод.
Томми зажег спичку и нашел электрический фонарь в нише у поворота. Включил его и пошел в библиотеку.
Вошел туда и посветил вокруг. Кое-какие книги попадали с полок, но ничего страшного.
Он сел за стол. Из дальнего конца коридора послышался шум. В дверь вбежал окровавленный человек с дикими глазами и крикнул:
— Tri rugo bendos!
«Три красных ленты» или «банды»? Это метафора такая, что ли? Или там три марксистских отряда? Или это как в приключениях Шерлока Холмса — буквально как в «Пестрой ленте»? Что он хотел сказать? Томми шагнул к нему, но тот побежал дальше.
Томми вернулся в холл и поднялся на наблюдательный пост с двумя амбразурами — одна выходила на северо-восток, другая на юго-запад.
То, что он увидел на северо-востоке, ошеломляло. В разгар дня сюда приближались немецкие солдаты с винтовками на изготовку, с примкнутыми штыками. Они пробовали землю и мусор по мере продвижения. На левом рукаве у них были нашиты три красные полоски на белом фоне.
Томми посмотрел в другую амбразуру, удивляясь, почему немцев не косят пули. С этого направления тоже приближались английские и французские солдаты. На правом рукаве у всех были нашиты три красные полоски на белом фоне. Пока он смотрел, несколько солдат исчезли за насыпью. Послышались выстрелы. Ninieslandoja

(у него не было трех полосок на рукаве) споткнулся и упал мертвым в пыль. Стрельба продолжалась, постепенно стихая.
Потом снова послышались выстрелы.
Томми побежал в госпиталь.
У плотника много разных красок, но очень мало их напоминало красный — это последний цвет, который хочется видеть на поле боя.
Когда Томми прибежал в госпиталь, он обнаружил, что бывший капитан уже там. Он рвал ткань на повязки.
Томми подошел к аптечке и посмотрел, что там есть. Бутылочки упали и разбились.
— Наконец-то они решились, — воскликнул бывший капитан. — Они объединились для того, чтобы избавиться от нас. Наши вылазки на прошлой неделе, должно быть, вывели их из себя.
Томми взял кусок ткани и быстро нарисовал на ней три полоски, обмакнув кисть в меркурохром. Одну он отдал капитану, одну сделал себе.
— Сначала они покончат с нами, — сказал он. — Потом продолжат убивать друг друга. И так по всему Западному фронту. Никогда не думал, что они смогут сохранить в тайне такой план так долго…
Бывший капитан дал ему английскую каску и новый армейский ремень. Винтовку взял? Отлично, попробуй слиться с ними. Говори по-английски. Удачи.
И он вышел.
Томми пошел в обратную сторону, он бежал туда, где должны были быть немцы.
Стрельба стала громче. Томми понял, что сейчас по нему может стрелять и Ниниесландо тоже. Он обошел поворот коридора и наткнулся на немецкого солдата. Тот поднял дуло своей винтовки в потолок.
— Anglander? — спросил немец.
— Д-да, — ответил Томми, тоже перехватывая винтовку.
— Там позади есть еще, — добавил Томми. — Немного, подземники уже бегут сюда.
Немец смотрел на него, ничего не понимая. Он перевел взгляд дальше, туда, откуда пришел Томми.
Раздался шум — все больше немцев появлялось из этого зала. Они поднимали свои винтовки, видели красные полоски на рукаве Томми, опускали винтовки обратно.
Томми бежал вместе с ними дальше по коридору странной конструкции. В толпе волновались. Один ниниесландер выстрелил из комнаты дальше по коридору, и его тут же убили немцы.
— Отличный выстрел, — сказал Томми.
Возможно, другие слышали, как он говорил по-английски.
— Мои люди, — сказал Томми. Он помахал немцам и пошел на голоса.
Английский капитан с пистолетом наготове стоял перед группой солдат. Перед ним на полу лежали тела двух жителей Ниниесландо.
— Ну, и какую крысу мы тут выкуриваем? — спросил капитан на эсперанто.
Томми сделал непроницаемый вид.
— Это вы на венгерском говорили, сэр? — спросил он. Слова казались чужими.
— Из какого подразделения? — спросил капитан.
— Первое. Королевский стрелок, — отрапортовал Томми. Я отстал от своих и прибился к немцам.
— Много стрельбы?
— Не очень, большинство коридоров пусты. Они где-то еще, сэр.
— Останешься с моими