Сергей Одинцов никогда и подумать не мог, что может оказаться в чужом мире. Но так случилось, что простая поездка за грибами привела его в мир лоскутных государств. Здесь Средневековье соседствует с новыми технологиями, а звон мечей дополняют выстрелы огнестрельного оружия.
Авторы: Даль Дмитрий
заставил Лодия удивляться.
– Зачем тебе это, командир? Ты что, решил сменить бляху сотника на участь безмолвного убийцы?
– Зачем так категорично. У меня есть одна задумка, но для ее исполнения кое‑чего не хватает. А именно знаний. Так все же, как попасть в Школу?
– Новичков набирает вербовщик. Кто он, как выглядит – никто не знает. У этого человека глаз опытный, наметанный, он хороший рабочий материал издалека видит и старается не упустить. Обычно вербовщики, их еще называют в простонародье Пауками, ходят по кабакам и игорным домам. А в Рибошлице таких заведений полно. Подсаживаются к большим компаниям и одиноким выпивохам, заводят неспешные разговоры. Вроде бы ничего опасного, а так, слово за слово, и человек оказывается обернут в изящную упаковку, словно в паутину, из которой уже не выбраться. Когда клиент готов, вербовщик удаляется вместе с жертвой и приводит его в Логово. Здесь первое время содержат новичков. Мало кто по собственной воле вступает в Тихое Братство. Уж очень незавидна судьба, да и слава дурная ходит. В Логове новичков долго готовят, вернее обрабатывают их души. Для этого есть специальные духовные практики, чтобы из любого человека сделать уникальный податливый материал, абсолютно преданный общему делу и готовый к восприятию нового учения. За эту работу отвечают Няньки. Новичков зовут Куколками, и проводят в Логове они от месяца до года. Если по истечении года не удалось сломать Куколку, то никчемный материал пускают в расход.
– Как все, однако, серьезно, – оценил основательность подхода Одинцов.
– Не то слово. Только вот в дело уходит одна‑две Куколки из сотни. Так что представь, какую работу проводят Няньки, если добиваются таких результатов.
– Внушает трепет, – сказал Серега.
– После того как Куколка готова, Няньки объявляют обряд посвящения. Его проводят там же в Логове. По завершении обряда Куколка уничтожается и на ее месте оказывается Ученик, который переходит в Школу и учится…
– А как выглядит этот обряд посвящения? – поинтересовался Сергей.
– Ты думаешь, я помню? – усмехнулся Лодий. – Я проходил его очень давно. Своих учеников у меня нет и не было, поэтому присутствовать на чужих обрядах у меня не было возможности. Так что за точность информации поручиться не могу.
– А все же?
Одинцов сделал пару глотков терпкого вина, а то, не ровен час, замерзнешь тут в замке. Похоже, отопление здесь если и работает, то толку от него никакого. Проще и эффективнее греться изнутри.
– Куколку опаивают разными зельями, подготавливая к переходу на новую ступень существования. При этом то, что происходит вокруг, человек воспринимает отрывочно… На первом этапе посвящения Куколке предстоит избавиться от четырех самых сильных своих страхов. Это настоящее сражение. Случается и такое, что Куколка проигрывает сражение, и тогда страх выжигает ее душу изнутри. И от человека остается лишь пустая, никчемная оболочка. Человек‑растение. От него очень быстро избавляются, либо передают гильдии нищих, которые отрезают не нужные конечности и выставляют экспонат на улицу – добывать деньги для казны. Либо просто убивают и избавляются от тела. Ломаются многие. Сражаться с самыми сильными страхами тяжело. Но если Куколка освоила правильно и в полном объеме духовные практики, с которыми в Логове ее знакомили Няньки, то пройти через Ужас посвящения возможно.
Серега молча слушал Лодия, впитывая информацию. Она ему в скором времени должна пригодиться. Но какие же они все‑таки изобретательные уроды, поражался он про себя. И ведь у этих Куколок были семьи, матери, братья, дети и жены, а ироды вытравливали капля за каплей все человеческое из их душ.
Одинцов покосился на Лодия и спросил с подозрением:
– Я вот тебя тут слушаю, поражаюсь, насколько все ужасно, только вопрос возникает. Как же тебе удалось покинуть Тихое Братство и при этом остаться человеком?
Лодий посмотрел на командира льдистыми безжизненными глазами и спросил:
– А кто тебе сказал, что я остался человеком?
Одинцов не нашелся что сказать ему в ответ.
– Когда я покинул Братство, во мне не было ничего человеческого. Много времени потребовалось на то, чтобы восстановить в себе хотя бы крупицы прежней личности. Так что не надо подозревать во мне зверя, который в любой момент может сорваться с цепи.
– А я и не подозревал, – сказал Серега, слегка покривив душой. Такая мысль у него появлялась.
– Перед тем как Учитель берет Ученика из Логова, он дает обет верности Братству и выпивает зелье долголетия. Я о нем как‑то рассказывал. Работа братьев связана с повышенной опасностью, риском умереть раньше срока. А вырастить полноценного брата – дорогое
