Сергей Одинцов никогда и подумать не мог, что может оказаться в чужом мире. Но так случилось, что простая поездка за грибами привела его в мир лоскутных государств. Здесь Средневековье соседствует с новыми технологиями, а звон мечей дополняют выстрелы огнестрельного оружия.
Авторы: Даль Дмитрий
Чей‑то эксперимент? – зло процедил сквозь зубы человек без прошлого и настоящего, именно так себя чувствовал в этот момент Одинцов.
– В какой‑то степени. Когда‑то жил такой человек, но только очень давно. Все, что ты помнишь, реально происходило с ним, но не с тобой…
– Не понимаю, если вы искали инженеров, то я… Одинцов он же простой торговец… чем он был вам так интересен.
– Повторюсь, это эксперимент. Мы не знали, что получится в итоге. А при наложении психоматрицы на исходник копируемый объект разрушается. Так что сделать это можно только один раз.
– То есть вы использовали те матрицы, которые, по сути, вам были не нужны. Хлам, второсортный товар.
– Ну зачем же так резко. Я бы так не сказал. Менее ценные, вот верное слово.
При этих словах старик довольно потер ладоши.
– Ну ты и скользкий тип, – не смог удержаться Серега.
– Я всего лишь ученый.
– Так. И что дальше? Вы провели эксперимент. У вас все получилось?
– Двенадцать подопытных. Двенадцать попыток мы сделали. Шестеро умерли в операционном коконе. Трое сошли с ума. Слияние разумов произошло некорректно, из‑за чего произошло расщепление личности. Некоторое время мы наблюдали за бедолагами, но прогресса в их состоянии не наблюдалось, и нам пришлось облегчить им муки.
– Вы их просто, использовав, убили, – жестко отрезал Серега.
– Они были добровольцами. И знали, на что шли, – не менее резко ответил ему Шариф.
– Тогда получается, в трех случаях эксперимент удался? Я первый удачный образец, но есть еще два?
– Именно так. Три подопытных выжили и показали высокий результат по сращиванию матриц…
– Где остальные двое? Кто они? Я их знаю? – перебил старика Серега.
– С одним из них, Дереком Ральфом, ты был когда‑то знаком. Вы служили вместе. Второй тебе неизвестен.
– И где они теперь? – напрягся отчего‑то Одинцов.
– Дерек Ральф в Цитадели, но он не до конца адаптировался. У него так же, как и у тебя, наблюдается эффект замены. А второй… – Шариф немного замялся, словно пытался подобрать верные слова. – В общем, мы подобрали очень неудачную нестабильную психоматрицу. При наложении она поглотила исходник, как и в вашем случае. Вроде все сперва нормально шло, но через какое‑то время он покончил с собой. Прыгнул в шахту лифта.
– Если я ваш эксперимент, то как же так получилось, что я оказался в Срединных землях без всякого присмотра? Магики пытались убить меня неоднократно, – продолжал отрицать услышанное Серега.
– Эффект замены был непредсказуем. Мы собирались слить две матрицы в единое целое и получить личность, которая будет помнить и свое первое «я» и второе. Возьмет по чуть‑чуть от обоих частей, сможет пользоваться навыками и себя прежнего и себя настоящего. Но так не получилось. Почему‑то подсаживаемая психоматрица стала замещать исходник. Мы продолжаем эксперименты, пытаемся получить необходимый нам результат. Мы решили использовать тебя и Дерека, приспособить к работе. Исходник пока не был вытеснен окончательно, и мы надеялись, что этот процесс остановится на каком‑то этапе. Ты был отправлен в составе миссии к нашему соратнику князю Боркичу, который кое‑что делал для нас, опыты по работе с пространством и временем. Также Вышеград использовался как плацдарм для наших агентов влияния. Но что‑то пошло не так. Ты не доехал до княжества, сбежал и пропал на время из нашего поля зрения. А когда ты появился вновь, уже был сотником Волком, прославленным командиром.
– И почему вы пытались меня убить? – спросил Серега.
– Ты представлял опасность, вернуть тебя затратно и сложно. Проще убить, тем более как результат эксперимента ты уже не интересовал нас. На тот момент.
– Эй, вы там, ваше время давно закончилось. Закругляйтесь, Шариф, – раздался позади звучный голос Хамира Дарта.
– Еще пару минут. Еще пару минут, – тут же отозвался старик, и в его голосе не было просительной интонации.
– Тогда почему вы не пытаетесь убить меня сейчас? – спросил Серега.
– Потому что ты сам прибыл к нам. Я заставил их пересмотреть твой вопрос. Тебя можно и нужно исследовать. Мы должны разобраться в причинах замены исходника. Так что я очень рад тебя видеть, Радж. Ты очень ценный для меня человек.
Шариф был искренен в своих чувствах. Он готов был расцеловать Серегу, лишь бы только заполучить его в свой операционный кокон, где сознание подопытного разбиралось на составляющие и изучалось, каждый элемент‑кирпичик в отдельности.
Одинцов пребывал в смятении чувств. Вся его жизнь обман, мистификация. Он не понимал, как ему теперь жить со всем этим. Но одно он знал точно, вновь оказаться в операционном коконе, чтобы какие‑то мужики
