Сергей Одинцов никогда и подумать не мог, что может оказаться в чужом мире. Но так случилось, что простая поездка за грибами привела его в мир лоскутных государств. Здесь Средневековье соседствует с новыми технологиями, а звон мечей дополняют выстрелы огнестрельного оружия.
Авторы: Даль Дмитрий
ни о ком голова не болела. Вырванный из старой жизни Сергей был открыт всему новому и готов врасти в эту чужую землю корнями. Но вот вокруг него собралась команда. Пока он еще не признал ее своей. Но парни считали его вожаком, командиром. Только Серега не знал, нужно ли ему все это, готов ли он обрастать новыми привязанностями. Большинство из них он потеряет. Ведь не земледелием собирался заняться. Но о многом говорил тот факт, что даже Хорст и Бобер, которым было куда идти, приняли решение остаться в Волчьем Отряде.
– Чего загрустил, командир? – спросил Слизд, заметив необычную молчаливость Одинцова.
Серега широко улыбнулся. Нечего личный состав пугать своим мрачным настроем.
– Да не грущу я. А вот душа песни просит.
– Песни? – удивленно спросил Драмин. – Песни – это можно.
И он затянул песню, а ребята дружно ее подхватили. Как выяснилось, знали ее за столом все, кроме Сереги.
Когда горит душа,
Ты кружку не спеша
Наполни до краев хмельным вином.
И вспомни, как любил,
В каких сраженьях был.
Еще вчера считал ты это сном.
Пенилось пиво. Запела душа. Сергей попытался подпеть. Сначала тихо. Он искренне полагал, что голоса у него нет да и в детстве медведь на ухо наступил, но пиво и обстановка сделали свое дело. К тому же многие не пели, а орали слова песни.
Не обмануть себя.
Стараешься ты зря.
Хотел ты мира для своей души.
Мечтал построить дом,
Цветущий сад при нем
И тихо жить средь вековой глуши.
Жену себе найти,
Детишек завести
И чашу жизни выпить не спеша.
И до святых седин
Движение годин…
Спасенье обретет твоя душа.
В трактире заметно прибавилось народу. Привлеченные шумной компанией, люди занимали столы, заказывали еду и питье. Появились и двое стражников, зашедших перекусить после дневного дежурства.
Но ты забыть не смог
Влечения дорог,
И лязг мечей, и пенье тетивы.
В твоей крови война.
Твоя судьба – война.
Ты обречен идти тропою тьмы.
И ты покинул дом,
Цветущий сад при нем.
Жену оставил и своих детей.
В руке твоей клинок.
Теперь ты одинок
И счастлив ты, как тысяча чертей.
Серега смотрел на разгоряченные лица бойцов и чувствовал, что у него есть команда. Его Волчий Отряд, с которым он готов в огонь и в воду. Все сомнения в этот момент рассеялись. Наверное, судьба у него такая. Взять на себя ответственность за этих ребят и свернуть вместе с ними горы, если такие встанут у них на пути.
Раненья – не беда.
Пролита кровь врага.
И лязг мечей, и пенье тетивы.
В твоей крови война.
Твоя судьба – война.
Ты обречен идти тропою тьмы.
Утихла песня. Волчий Отряд сдвинул кружки, выпил. Опустели кувшины, и Дорин приказал принести еще пива. Гулять, так гулять. Серега, хоть голосом и не славился, но тоже решил песенку спеть. На ум ничего не шло, кроме «Синей птицы» «Машины Времени». Ее он и затянул. Вскоре они пели ее уже все вместе.
* * *
Вербовочный пункт находился на улице Мясников в квартале под условным названием Грязь. Так его между собой называли жители Краснограда. Мало кто из приличных людей показывался на этих кривых и вечно грязных улицах, где стены домов были пропитаны сыростью и плесенью. Только всякое отребье, сброд, наемники, да отчаявшиеся люди. Именно поэтому здесь обосновались вербовщики. Лакомое местечко.
Неказистый старый дом из серого камня, покрытого ковром мха, отчего его иногда называли Мохнатым, был зажат между Веселым заведением тетушки Полин, так здесь называли бордель, и кабачком «У Мясника», самое дешевое и непритязательное питейное заведение в столице. У владельца этой дыры явно было туго с фантазией, если он дал ему такое название. На вывеске, сколоченной из грубых досок, когда‑то был изображен добродушный толстяк с кружкой пенного пива. Но время съело краски и источило изображение, так что теперь эта вывеска больше походила на неудачный портрет работы Пикассо.
Расчет был прост и понятен: неумные в жажде новых ощущений молодые люди, промотав все деньги на девок и выпивку, в отчаянии часто заглядывали к вербовщикам, чтобы заключить контракт и поправить свое бедственное положение. Кто из‑за образовавшейся дыры в кармане, а кто из‑за стыда при воспоминаниях о прошедшем кутеже. Многие потом жалели о поспешном решении, но деваться некуда. Подписи на контракте проставлены, бумага скреплена гербовой печатью. Так что получите казенную форму, оружие и отправляйтесь в казарму. Там вам объяснят, что к чему.
К вербовщикам Одинцов отправился в компании Леха Шустрика и Дорина.
