Волчий мир

дворец. А этот не только где-то раздобыл подробный чертеж дворца, но еще и не побоялся рабского ошейника. Кстати, а интересно, как он со скотника удрал? Это же вам не гладиаторские бараки, где царили более или менее вольные нравы. Каждый мог свободно передвигаться по территории без кандалов и прочих атрибутов рабского бытия. На то они и гладиаторы. Вряд ли на скотнике такие же вольности практикуются. Задавать этот вопрос Сергей не спешил. Незачем нервировать проводника. Вдруг он подумает, что свидетель ему без надобности, и попытается его убрать. Тогда придется разбираться с Шустриком, а Одинцов не был уверен в том, что ему удастся выбраться из этих лабиринтов самостоятельно.
Узкие коридорчики и лестницы, которыми они шли, использовались прислугой. Некоторые ответвления сильно заросли паутиной. Сразу понятно: здесь давно никто не ходил. И за все время они никого не повстречали. Одинцов был этому рад. Они шли налегке, никакого оружия, хотя Шустрик вполне мог припасти какой-нибудь сюрприз. Если поднимется шум, то вернуться за Айрой не получится, а он не мог этого допустить.
Спустя примерно час блужданий по коридорам и лестницам они оказались в большой пустынной зале, в центре которой стояла высокая арка.
— Кажется, мы пришли, — пробормотал себе под нос Шустрик, неуверенно осматривая помещение.
— Куда пришли? Это что и есть казна? Что-то я тогда сокровищ не вижу.
— Если верить моему источнику, это Арка Чистоты.
— И что это такое? — спросил Серега.
— На том конце залы начинается жилая территория княжеского дворца, так сказать, для чистой крови, значит, не для челяди и рабов. Пройти на другую сторону мы сможем только через арку. Но она сразу выявит, раб ты или нет. Если раб, то включится сирена, и сюда набегут стражники со всего дворца. Как сам понимаешь, против такой армии у нас никаких шансов. Да и дойти до казны нужно без лишнего шума.
Разъяснения Шустрика Сергею показались весьма туманными. Как действует эта штука? И что им мешает обойти ее стороной? Никаких препятствий к этому не было видно. Эти вопросы Одинцов и задал Леху.
— Когда ты попал под гору, — стал объяснять Шустрик, — тебе сделали рабскую метку, по которой эта Арка с легкостью тебя вычислит. А стороной нельзя пройти, потому что прохода нет. Там стоит невидимая стена, и единственный путь на ту сторону через Арку. Все ясно?
Серега отрицательно покачал головой.
— Мне не делали никаких рабских меток. И как это невидимая стена?
— Метку тебе в брюхо доставили вместе с пищей. А невидимые стены и Арка Чистоты — это такая магия. Можешь так думать, по крайней мере, объяснение принципа их работы займет очень много времени. А у нас его нет. Да и карафут их знает, как они действуют, — раздраженно отмахнулся от Одинцова Лех.
— Если все так хреново, как мы попадем на ту сторону?
— Очень просто. Если тебе в кровь попал яд, надо ввести противоядие.
Шустрик, словно заправский фокусник, покопался во внутренних карманах кафтана и извлек на свет фляжку, обтянутую кожей. Вытянув пробку, он сделал первый глоток и протянул флягу Одинцову. Серега отказываться не стал. Взял и пригубил. Резкий запах шибанул в нос, а от премерзкого вкуса его чуть не стошнило, но он сдержался.
«Если это магия, то какая-то она жутко противная», — подумал он.
Несмотря на все заверения Шустрика, через ворота Серега проходил с опаской. Первым двинулся Лех и без всяких проблем оказался по другую сторону Арки. А вот Одинцов малость струхнул. Что если Шустрик ошибся, и ему ввели не ту метку или его лекарство не подействует, тогда сработает сигнализация, и в этой зале народу будет столько же, сколько на Ленинградском вокзале в час пик. И все вооружены и злобно против него настроены.
Но все обошлось. Он вышел с другой стороны Арки и остановился. Пот ручьями катил с его лица. Пришлось признать, что нервы ни к черту. Стоило бы их полечить, желательно чем-нибудь горячительным. От хорошего коньяка Серега сейчас бы не отказался.
— Дальше будет сложнее. Мы входим в жилую часть дворца, только для свободных. Сейчас ночь, челядь спит, но мало ли что… Держи.
Что-то блеснуло в руках Леха, и в следующую секунду Одинцов стал обладателем острого ножа. Это, конечно, не гладиаторский меч, но все-таки с оружием в руках он чувствовал себя куда увереннее.
— А теперь пошли. И будь осторожнее, смотри по сторонам, — предупредил Лех.
Они вышли из зала Чистоты и оказались в просторной дорого обставленной комнате, соединенной с длинной анфиладой из десятка похожих помещений. Все тут говорило о роскоши. Да какое говорило, кричало! На стенах в золоченых рамах портреты суровых мужчин в мехах и при оружии, резная мебель из черного дерева, ковры на стенах