Волхв

Никсон тоже изобразил удивление.
— Не сотрудничества Ричард. — Брежнев укоризненно покачал головой. — Вы купили конкретный товар, за конкретные деньги.
— За очень конкретные… — Проворчал президент.
— Так и товар был неплох. Мы вам дали информацию о том, что демократы подготовили и уже начали осуществлять план, по ограблению всего мира, с помощью США, чтобы в определённое время исчезнуть, оставив Америку в дырявых трусах и с долгами равными стоимости всей планеты. И взяли за неё очень по божески.
— Кстати, мы к таким выводам пришли совсем недавно. — Никсон вздохнул.
— Ну а у меня есть свои информаторы.
— Не информаторы, а информатор! — Никсон обличающе ткнул пальцем в Брежнева.
— А вы знаете, нет. — Брежнев неожиданно хохотнул. — Этот бандит, собрал такую же банду, как он сам, и теперь у меня под боком вполне рабочий коллектив прогнозистов и аналитиков. Да, по классу они не дотягивают до Николаева, но тоже очень хороши. Но, кстати о Николаеве. Он предложил для вас в качестве значимой внешнеполитической победы, заключить прямой договор на поставки нефти с дисконтом от существующей мировой цены. Скажем на пять долларов за баррель. Это на десять процентов повысит конкурентоспособность вашей продукции по сравнению с Европой, которую сейчас будут доить арабы.
— А Восточная Европа? — Сразу спросил Никсон.
— Поставки странам народной демократии сокращены, а в некоторые страны прекращены вовсе, так как они не пожелали платить по рыночным ценам. Нам сейчас выгоднее договориться с той же Финляндией или Францией о поставках в обмен на энергоносители чем разговаривать с нашими так называемыми союзниками. — Брежнев покачал головой. — Знаешь Ричард, когда есть такие союзники, никаких врагов не нужно.
Ко всему пакету договоров, от щедрот добавили одностороннее сокращение СССР, нескольких типов дальнобойных вооружений которые уже давно нужно было списать, и расширение объёма заказов на станки, сделав особый упор на деревообработку. С учётом того, что планировалось переоборудование тысяч лесопилок по всему СССР, и создание высокопроизводительных деревообрабатывающих комплексов, параллельно с полным запрещением экспорта леса — кругляка, контракт вышел вполне серьёзным. Плюс строительство ещё двух химических комбинатов, с глубокой переработкой природного газа, и выпуска удобрений. Ну и в качестве вишенки на торте, документ о сотрудничестве с США в космической сфере.
Но главное, для чего приехал Никсон, была конечно беседа с Виктором Николаевым. Он привёз три папки с документами, которые Виктору пришлось обработать в срочном порядке, пока взрослые дяди договаривались о больших деньгах. Но ко второму дню, он был готов к беседе, и хотя и пребывал в несколько раздражённом состоянии вследствие устроенного для него внезапного аврала. Но внешне это никак не проявлялось кроме чуть замедленной реакции на слова, из-за того, что Виктор более тщательно себя контролировал.
Встречались в небольшом кабинете, за низким столиком у которого стояли пара кресел, и два стола для переводчиков и секретарей. А на столе стоял небольшой магнитофон, который секретарша Никсона сразу включила, и проверив микрофон, заняла своё место.
Разговор начался с обсуждения жаркой и совершенно летней погоды в Москве, нечастой для сентября в средней полосе, пока не перешёл к делу.
— Виктор, материалы, которые вам передали, весьма чувствительны к разглашению, хотя и не являются секретными.
— Я прекрасно понимаю это господин президент, и практически никто кроме меня не касался этих бумаг. И сразу после того, как я их прочитал, они были возвращены вашему офицеру. И поскольку я тоже хотел бы исключить любые спекуляции наших сотрудников безопасности и разведки на этих материалах, то всё это так и останется при мне. Мне вовсе не нужно чтобы какой-то зарвавшийся деятель начал ломать хрупкое понимание между нашими странами.
— Мы… — Никсон чуть помедлил. — Мы ценим ваш серьёзный подход. Это даже больше чем я рассчитывал. А что по сути документов?
— А там всё как я и говорил вам при прошлой встрече, сэр. Банкиры заставляли вас жить не по средствам. Америка покупает товары и услуги за резанную бумагу, а не за реальные средства, а значит накапливает долги, и эта кривая имеет свойство мультиплицироваться. Ну то есть сначала вы занимаете сто долларов, затем триста, чтобы покрыть первый займ и проценты, затем тысячу, и так далее пока в ход не пойдут триллионы. Львиная часть этих средств уходила в карман банкиров, а часть шла на прямой подкуп маргинального населения Америки. А оно, я имею в виду прежде всего негров, мексиканцев и азиатов, работать не приучено и не будет. Уже сейчас есть семьи, где