Волкогуб и омела

ее испытующего взгляда. В третий раз замотал головой, почти со злостью. Запах ее духов стал намного резче, и ничего он не чуял, кроме нее.
Шеф детективов принял подавленное настроение Лобисона за раскаяние по поводу резни.
— Я бы не стал проливать по ним слезы, — сказал он. — Мы вот что нашли. — Он показал побитую металлическую коробку. — Ее взрывом выбросило в окно. Похоже на трофеи от тринадцати жертв, ваша напарница уже некоторых идентифицировала.
Лобисон автоматически взял шкатулку, заглянул. Узнал держатель для волос, серьгу, жалкую свалку личных предметов, ни для кого не представляющих ценности, кроме покинутых любимых.
— Случай для учебников, — сказал детектив. — Целая семья серийных убийц. Я сообщил в Национальный Информационный Центр по Преступлениям, и пусть фэбээровцы в штаны писают от зависти. К нам шлют профайлера из Квантико первым же рейсом. Целая семья, — повторил он, будто не веря сам себе, и вдруг просиял. — Семейственность развели, понимаешь. — Он засмеялся своей шутке и толкнул Лобисона локтем в бок. — Семейственность — да?
— Господи боже мой! — повторил Лобисон, только на этот раз шепотом. — Тот, который звонил, — он же говорил правду. Это они.
— Они, конечно, — подтвердил детектив. — Насколько я понимаю, им чертовски повезло, что шальная пуля попала в баллон и сожгла всю эту кодлу. Таким образом, виновники тринадцати кровавых убийств попались на горячем. — Он снова засмеялся. — И мы даже не должны тащить их на суд. Не говоря уже о том, что вы оба получаете золотые щиты. А это такой дар, сержанты, что сам дальше приносит дары. Счастливого Рождества. — Он вытянул шею, глядя поверх плеча Лобисона, и скривился: — Вот блин…
— В чем дело?
Романов проследила за его взглядом: во двор въезжал фургон второго канала телевидения.
— Кто нас позвал? — спросил Лобисон. — Кто их заложил?
— Какая разница? — ответил детектив, поправляя галстук. — Этих долболобов я беру на себя. — Он подмигнул. — А вы давайте домой. Отсыпайтесь и можете с утра не приходить. Рапорты мне на стол к концу смены.
— Есть, сэр! — ответила Романов.
Начальник направился к съемочной группе, а Лобисон только сейчас заметил логотип на борту фургона.
— Черт! — сказал он и вытащил сотовый. — Надо позвонить моим, пока это в новости не попало. Они всегда боятся увидеть меня в десять часов мертвым или умирающим.
Романов заинтересовалась:
— Твои родные переживают, когда ты на работе?
— Ты не поверишь. Особенно мои братья. — Он нажал кнопку быстрого набора и поднес телефон к уху. — Все шестеро.
Он не заметил, как она застыла после этих слов неподвижно.
— У тебя шесть братьев? — спросила она.
— Ага, — мрачно ответил он. — И то, что я среди них младший, мне жизни не облегчает.
Романов придвинулась к нему ближе, слишком близко. Их руки соприкоснулись, и ее запах, цветочный с примесью мускуса, стал еще сильнее, так силен, что никакого другого он уже не чувствовал. Сквозь нарастающий рев в ушах он услышал ее голос, говорящий как сквозь сон:
— Ты мне не говорил, что ты — седьмой сын.
Он заставил себя засмеяться, шагнув от нее чуть в сторону. Очень он удивился и смутился, почувствовав, что у него резко, грубо и болезненно встал.
— Да стоит мне сказать, начинаются охи и ахи, так что я говорю редко… что ты делаешь?
Она протянула руку, взяла его сотовый и закрыла. Он почувствовал кого-то у себя за плечом, резко повернул голову. Там стоял смуглый мужчина в безукоризненном костюме, совершенно неуместный на проселочной дороге в долине, он будто соткался из воздуха. Ничего в его внешности не было такого, чтобы насторожить Лобисона, но он невольно попятился, сам того сперва не заметив, опустив голову, ссутулив плечи. Да, он встревожился. Что-то зловещее, даже угрожающее было в этом незнакомце, он не знал, что именно, но не потому он так долго прожил на опасной работе, что пренебрегал дурными предчувствиями, проявляющимися с такой силой. Он прижал рукой успокаивающую тяжесть пистолета в наплечной кобуре.
— Кто вы такой? — спросил он резко. — И что вам нужно?
— Все в порядке, — ответила ему Романов умиротворяющим голосом. — Это мой дядя. Дядя Маррано, это мой напарник, Бен Лобисон.
— Здравствуйте, сэр, — сказал Лобисон, кивнув коротко и не слишком дружественно. Волосы у него на шее встали дыбом. — Романов, ты извини, но какого черта делает твой дядя на осмотре места преступления?
— Здравствуйте, детектив Лобисон! — ответил дядя с улыбкой, которая была бы чарующей, будь клыки хоть чуть короче. А так казалось, будто он собирается во что-то их всадить. И ждет этого, предвкушая.
— Ты