Что может объединить в современной России талантливого, но скромного ученого и богатого бизнесмена? Только великая идея! Идея грандиозная и безумная — колонизация Венеры. Эта далекая планета скоро станет новой родиной человечества. Но поселятся там только избранные — лишь представителям белой расы будет открыт путь в рай на Венере.
Авторы: Прозоров Александр Дмитриевич
забраться на орбиту.
— Сколько ему было лет? — поинтересовался Денис.
— Правильный вопрос, — задумчиво ответил богач. — Здоровье уже не позволяло. Однако отец как-то обмолвился, что, раз уж он не в силах добраться до Венеры сам, то, может быть, туда получится отправить хотя бы его прах. Легкую, почти невесомую горсть пепла. Я ему это пообещал. И, как видишь, исполнил.
— Восемь минут до ухода зонда в «тень», — негромко сообщил один из операторов.
— Мы надолго потеряем связь? — уточнил Топорков.
— Сейчас зонд уйдет на обратную сторону Венеры, потом повернется Земля, а когда наши антенны снова обратятся к ней, станция опять окажется на той стороне. Пятьдесят три часа. Зато потом длительность сеанса получится целых шестнадцать часов, — не оборачиваясь, ответил оператор. — Жаль, у нас нет постов в Южной Америке.
— Давай, — приподнял рюмку олигарх. — Да, пятьдесят три часа — это долго. Зонд так долго может просто не протянуть.
— Мы проектировали его с расчетом как минимум на двадцать лет службы, Семен Александрович, — с показной небрежностью после оглушительного успеха пожал плечами Денис. — Если только на Венере не обнаружатся непредвиденные факторы.
В настоящий момент аппарат успешно запустил все системы и развернулся в атмосфере. Теперь возможных причин для отказа осталось совсем мало. Самое сложное и опасное позади.
— Три минуты, — негромко напомнил оператор.
— Пятьдесят три часа? — Топорков почему-то все еще колебался. — Еще два дня… Хотя, что изменится за лишние двое суток? В конце концов, мы летели туда именно за этим…
Он покрутил полупустую бутылку перед глазами, завинтил крышку.
— Сколько там еще?
— Две минуты.
— Тяни, не тяни — а рано или поздно это все равно придется сказать, — кивнул Семен Александрович. — Сказать: «Прощай, папа. Настала пора расстаться». Отдавайте команду на исполнение.
— Сигнал к работе отправлен, — сухо ответил оператор.
— Успели?
— Окно связи закрывается. Получить ответ в этом сеансе уже не успеем. Результат будет только через пятьдесят три часа.
— Ну да, я помню, — взглянул на часы заказчик. — Шесть с половиной минут в один конец. Триста девяносто секунд.
Спустя триста девяносто секунд дрожащий под напором ветра венерианский зонд обработал последние из полученных сигналов и запустил сервопривод бортовой задвижки. Она сместилась всего на четыре миллиметра, приоткрывая четыре тонких длинных щели, — но плотный воздушный поток, несущийся со скоростью ста километров в час, тут же воспользовался такой возможностью и ворвался в полость, кружась по ней и радостно свистя, подхватывая тонкую серую пыль и выхлестывая ее наружу. Ненадолго за танцующим на ветру аппаратом вытянулся еле заметный шлейф и тут же исчез — в считанные секунды полость оказалась начисто вычищена. На миг она осветилась яркой вспышкой, и зонд вписал в файл отчета строку о готовности к работе оптического газоанализатора. Правда, вместо обычного номера команды данная отметка звучала патетично и несколько пугающе: «Миссия завершена».
Однако, даже при всем своем технологическом совершенстве, зонд все равно не был способен оценить подобных лингвистических тонкостей.
— Все, конец связи, — подвел итог старший оператор смены. — Аппарат перешел в режим накопления данных. Замечаний нет.
Остальные участники сеанса, отвлекаясь от работы, наконец-то смогли оценить, какой великий прорыв свершился на их глазах. Кто-то в дальнем краю зала даже несмело захлопал — и тут же аплодисменты были подхвачены всеми присутствующими.
Однако главный заказчик проекта всеобщего восторга ничуть не разделял. Не то у него было настроение для праздника.
— Ладно, Денис, не будем им мешать, — предложил он своему консультанту. — Ребята потрудились на славу. Пошли, в машине еще немного посидим. Ты ведь, как я понял, без руля теперь остался? Ну, давай хотя бы до Москвы тогда подброшу.
Не дожидаясь ответа, олигарх направился к дверям. Тумарин с тоской оглянулся на рабочую смену управления зондом — почти половина операторов ЦУПа уже успели стать его хорошими друзьями, — вздохнул и поспешил за Топорковым. Клиент есть клиент. В его специализации — зверь редкостный и очень ценный. Да уж чего кривить душой — на сегодня просто единственный! Других денежных знакомых, готовых вложиться в освоение космоса, у «Агентства межпланетных перелетов» не то что не было, о них даже не мечталось!
— Забирайся! — В конце дорожки перед трехэтажным кирпичным зданием ЦУПа мультимиллионер самолично открыл перед молодым человеком заднюю дверцу «Понтиака», сел следом и приказал в пустоту: — На дачу едем. Через город. Нужно
