Что может объединить в современной России талантливого, но скромного ученого и богатого бизнесмена? Только великая идея! Идея грандиозная и безумная — колонизация Венеры. Эта далекая планета скоро станет новой родиной человечества. Но поселятся там только избранные — лишь представителям белой расы будет открыт путь в рай на Венере.
Авторы: Прозоров Александр Дмитриевич
и за время почти полуторасуточного перелета они так и не поспали. Сонно хлопая глазами, молодые люди прошли таможню, на маршрутке доехали до окраины столицы, где пересели уже в нормальное такси. Вечером они были дома. Наскоро приняв душ, Денис с Аривжой упали в постель и заснули в объятиях друг друга без единой плотской мысли.
Зато разбудили Дениса осторожные прикосновения горячих губ. Он сонно ответил на поцелуй, после чего девушка решительно его отодвинула:
— Остынь, мой милый. Пару дней тебе придется любить меня в мечтах.
— Вот, черт! — Он уронил голову обратно на подушку.
— Ничего, сильнее соскучишься, больше страсти накопишь. — Она выбралась из-под одеяла, осмотрелась по сторонам: — Неужели раньше мы с тобой ютились в этой крохотной конурке? Я совсем забыла, какая она на самом деле. Помню, как была счастлива, и всегда казалось, что мы в роскошном дворце.
— Закончим дела — вернемся назад, — пообещал Денис, выбираясь следом. Щелкнул выключателем. Плазменные панели мигнули, по ним побежали стремительные строчки загрузки. — О, работает система! Не развалилась от безделья. Ну-ка, а как у нас с интернетом? Ага, «Яндекс» грузится нормально. Значит, все в порядке. Новости, вон, свежие. Про очередное нападение на русских туристов.
— Через день то туристов бьют, то дипломатов, то работников местных отделений. Денис, почему ваше правительство не запретит своим гражданам поездки в Европу? — не поняла Аривжа.
— У нас свободная страна, — пожал плечами Тумарин. — Принудиловки нет. Каждый видит, что творится. Коли хочет в эту смуту отправляться — значит, сам себе злобный Буратино, и нечего на правительство кивать. Только зря эти бойцы стараются, толк у них получится обратный. Испугаются немцы и французы, что у них отнимут возможность сбежать в безопасную норку, и наоборот, еще быстрее заявки подавать начнут. Мы ведь не попкорном торгуем. Если кто захочет, сможет связаться и через границы, и через запреты, и способ для вылета в Никарагуа тоже найдет. Нам бы только успеть места для всех приготовить. Ладно, а как там с электронной почтой?
— Ты бы хоть штаны сперва надел! — рассмеялась девушка.
На столе тут же запел телефон.
— Наденешь тут, как же, — буркнул Тумарин, отвечая на вызов: — Доброе утро, Семен Александрович.
— Кому доброе, а кому нет… Ты сколько в прошлом году заработал, Денис? А в этом?
— Не знаю, Семен Александрович, — пожал плечами Денис. — Текучка слишком большая, специально пока не отслеживал.
— Ты офонарел совсем, Тумарин?! — зарычал в трубку олигарх. — Индивидуальный предприниматель с миллиардным оборотом! Ты чего, Налогового кодекса никогда не читал? Или хочешь варежки на пару с Ходорковским в Сибири шить? Скажи спасибо, мой адвокат вовремя этот косяк заметить успел и от ареста тебя отмазал. Да еще по липовой доверенности! Бегом сюда, Тумарин, пока до тебя кто-нибудь другой первым не домчался! Бегом!
— Вот, проклятье! — Денис отключил телефон. — Прости, милая. Кажется, в институт тебе придется ехать одной.
— Что, все так серьезно? — встревожилась она.
— В бухгалтерии и крючкотворстве я не силен. Технарь. Кажется, именно за это сейчас очень сильно огребу по шапке. Раньше Топорков так не психовал. — Денис уже прыгал по комнате, торопливо одеваясь. — Нужно разбираться, пока в прокуратуре не всплыло.
Даже не выпив кофе, он чмокнул девушку в щеку и выскочил за дверь.
Аривжа не обиделась. Что уж тут поделать: мужчина — глава дома, и если у него возникли срочные и важные дела, их нужно уважать. Тем более — в их семье мужчина действительно работал с утра до ночи, с радостью исполняя любые ее прихоти и пожелания.
У себя на родине она не раз видела таких хозяев дома, что курят кальян с утра до вечера, пока женщины ходят на работу, торгуют на рынке или возделывают огород — а потом еще обязаны ублажать своего властелина. И тогда, в юности, у нее возникали сомнения, что заветы пророка, да чтится его имя вечно, так уж справедливы.
Но Аллах снизошел до ее сомнений и послал Аривже мужа, которого не стыдно любить всем сердцем, которому не страшно вручить свою судьбу и отдать всю жизнь, которому легко прощать мелкие глупости и ошибки.
Мудрость женщины — в умении прощать. В умении ценить главное и в способности не превращать жизнь в мучение из-за пустяков.
Аривжа налила себе крепкого кофе без сахара, выпила, ничем не закусывая, прошла в ванную. Не спеша, тщательно навела макияж, убрала волосы, накинула на голову легкий шарф, опустила ноутбук в наплечную сумку и отправилась в институт.
В Москве, несмотря на знойный июль, ей показалось холодно. После влажной экваториальной жары — даже хотелось набросить на плечи куртку. Поэтому
