Пирогов давай отведай! Ты слышал историю? Прямо‑таки баллада! – радостно шепнул Биргаз и усилием воли погасил улыбку – сегодня ночью нашли убийцу дочери трактирщика!
— И кто же он? — небрежно спросил Илар, сдерживая нервную дрожь.
— Друг жениха невесты! Он завидовал своему другу, был влюблен в дочку трактирщика, а еще больше – в деньги папаши! Изнасиловал девушку, и убил! А жених так переживал, что повесился, а перед этим этого друга зарезал! Записку оставил, где все и написал – мол вот убийца, а я жить без нее, без любимой не могу! И вздернулся в конюшне! Вот это страсти! Вот это баллада! Сочини что‑нибудь на эту тему!
— Настроения нет – натужно улыбнулся Илар, отхлебнул из кружки горячего фруктового отвара и вскочил с места – пойду я, что‑то неохота есть. Кажется, будто я на поминках.
— Нежный больно – усмехнулся Биргаз – но я понимаю! Покойник в доме! И не один. Многие боятся покойников, как огня – ты не исключение. Шагай, я пирогов в дорогу возьму, для тебя. Потом поешь, на ходу.
Илар благодарно кивнул, вышел за дверь и тут же наткнулся на трактирщика. Тот внимательно посмотрел в глаза Илару и незаметно сунул ему тяжелый, очень тяжелый мешочек, сразу оттянувший руку колдуна. Потом кивнул головой и тихо шепнул:
— Спасибо.
Повернулся, и не оглядываясь ушел в трактир, сразу забыл о черном колдуне, восстановившем справедливость. Илар сунул мешок за пазуху и побрел к фургону, лениво соображая, как объяснить караванщику происхождение денег, и вообще – стоит ли тому показывать эти деньги. Ничего не решив, остановился, посмотрел на небо, на солнце, касающееся краем горизонта, затем тихо сказал:
— Слышу все, не крадись.
— Неужто их было двое?
— Двое. Точно.
— Да зачем, жениху?! Я не могу понять!
— А что тут не понять? Она хотела дать ему полный отлуп – парень изменял с ее же подружкой, все выплыло. А еще – он у папаши денег попер, они с ним какое‑то там дело организовали, так жених спустил деньги в кости. Она пригрозила, что все расскажет отцу, и тот вздернет придурка за одно место – все знали, какой крутой нрав у трактирщика. Ну, вот они ее и заткнули. Все просто и сложно одновременно.
— Проклятые кости! Ненавижу игру в кости! – процедил сквозь зубы Даран – господин, никогда не играй в кости! Это проклятая игра!
— Вероятно – да – равнодушно сказал Илар, и шагая к фургону, добавил – набери нам свежей воды во фляги. День обещает быть жарким. И надо подумать, как пристроить деньги… что‑то не хочется таскать с собой такую тяжесть.
Глава 6
Илар так и не решился сдать деньги на хранение караванщику. Лишние разговоры, лишние вопросы – зачем? Хранить деньги в мешке опасно, да, но не опаснее, чем сдать двести золотых для хранения после того, как только что был найден убийца девушки, и объявленное вознаграждение составляло именно двести золотых.
Несколько следующих дней ничем примечательным не отметились. Леса, перелески, поля, деревни, пыльная дорога, жаркое солнце и ободранные скотом придорожные кусты – ничего нового, ничего интересного. Деревень становилось все больше и больше, чем ближе караван подъезжал к столице. Менялась и внешность людей, проживающих в этой местности. Если на севере преобладали русоволосые, бледнокожие, то здесь Илар уже ничем не выделялся среди местных – смуглокожие, черноволосые.
Больше стало и караванов, иногда приходилось идти часами вслед какому‑нибудь каравану или караванчику глотая пыль, и тогда Юстан ругался, притормаживал своих, чтобы вновь дышать чистым воздухом.
Илар больше не пробовал в дороге заниматься колдовством. Он понимал, что его неудачный опыт мог вообще‑то закончиться дурно – гибелью людей и лошадей, а случай с оживлением покойной девушки вообще вверг его в ужас. Если бы он не смог все‑таки взять ее в подчинение – что бы было? Смерть трактирщика привела бы к большим неприятностям. Очень большим. Таким, что Илар мог бы их не перенести. И винить некого. Даран подговорил? Так откуда Даран мог знать, что с магией у Илара совсем не все в порядке, что время от времени его заклинания не срабатывают? Ведь Илар для мальчишки был непререкаемым авторитетом, великим колдуном. Впрочем – какое‑то время Илар и сам думал именно так, после первых успехов возомнил себя настоящим волшебником. Ведь до сих пор все срабатывало, пусть даже и наоборот.
В общем, что бы то ни было, но Илар оставил занятия с колдовством до лучших времен. Каких – он сам не знал. Урок, вынесенный им из последних событий научил его главному – магия — это не игрушка.
У Илара было ощущение, что эти самые двести золотых ему аукнутся, потому весь день после случившегося он пребывал в очень дурном настроении и даже накричал