-Атрама!? Так я и знал! Это была ты! – громко сказал я, пытаясь пошевелиться, но вещество, неконтролируемое разумом девушки, оказалось ОЧЕНЬ вязким и липким. Как старый, засахарившийся мёд.
Слизень открыла глаза и широко зевнула. В её рот в этот момент можно было запихать целый арбуз. Затем, она непонимающе уставилась на меня, словно спрашивая, почему шум-гам так рано с утра. Эти существа, обычно, спят по двенадцать, а то и по двадцать часов подряд. Зато потом могут до десяти суток обходиться вообще без сна.
Как только девушка проснулась, её тело вновь стало подвижным и податливым. Я, воспользовавшись этим, встал. При этом большая часть Атрамы осталась прилипшей ко мне.
-А, что? – сонно спросил монстр, всё ещё ничего не понимая, но потихоньку приходя в себя.
-Это всё ты! Ты только притворилась, что осталась в пещере. На самом деле, всё это время следовала за мной по щелям в стенах. И это ты обвалила потолок в той комнате, дав мне возможность сбежать. Ну и, само собой разумеется, это ты спасла меня из цепких лап Церкви. Почему?
-Атраме нравится Эрик.
Вот те раз. Час от часу не легче.
-Но что теперь будет? Ты когда-нибудь покидала свой дом?
-Ни разу. Снаружи всё так по-другому! Атраме тут хорошо. Много запахов, звуков и пространства.
В её полупрозрачных, щенячьих глазах сиял восторг.
-Ты собираешься и дальше таскаться за мной?
-Конечно. Я давно хотела уйти, чтобы найти тебя. А теперь не хочу отпускать. Атрама пойдёт с тобой и будет помогать.
Эта наивная детская улыбка… милостивые всеединые, за что!?
Наверно, лучше было бы отослать её назад. Мне кажется, что она бы всё-таки меня послушала в конце концов. Но я устал, у меня не было сил спорить, да и когда девушка оказалось рядом, сразу стало как-то легче на душе. Ведь случись мне уйти сейчас, и мы с ней некогда бы больше не встретились.
-Ладно, будь что будет. Пошли, Атрама, нам предстоит долгий путь…
– – –
Полдня мы шли совершенно молча…
Ага! Как же! Поверили!?
Моя новая спутница, впервые выбравшаяся за пределы своего крохотного мирка, была настолько перевозбуждена и энергична, что мне впору было диву даваться. Она, пожалуй, разбила для меня некоторые законы времени и пространства, находясь в нескольких местах одновременно. Про то, что её рот не закрывался ни на секунду (формально, как выяснилось чуть позже, ей совершенно не нужен рот, чтобы говорить) я скромно умолчу. Атрама исследовала всё и спрашивала абсолютно обо всём, начиная от куч-муравейников и гнилых пней, заканчивая самым последним листиком в каждой кроне каждого дерева. На простые вопросы я отвечал машинально, но иногда она вгоняла меня в ступор.
Как вам такая задачка: «Почему облака не падают с неба на землю, как камни у неё дома?». Естественно перед этим мне полчаса приходилось объяснять, что такое эти «небо» и «облака».
Когда же это непоседливое чудовище выжало мои знания о мироздании до капли, то сразу же решила, что ей этого недостаточно и принялась трогать, пробовать на вкус (не уверен, что она их различает, но оставим так) и рассматривать всё, мимо чего мы проходили. Это слегка облегчило мою участь, но сразу же появились другие неприятности, связанные со способом её перемещения. Слизни очень уязвимы для огня и жары, поэтому выработали для себя весьма своеобразный способ двигаться по открытой местности: они разжижают своё тело практически до жидкого состояния и «струятся» тысячами крохотных ручейков по незримым трещинкам и канавкам, которые есть даже в самой лучшей кладке, и уж конечно в рыхлой земле. Поэтому никогда нельзя сказать, где именно она находится, пока её не заинтересует очередная букашка, ползущая по ковру из прелой листвы, и она не выпрыгнет из земли, подобно рыбе. Первые несколько раз, когда Атрама вот так «выныривала» у меня прямо под носом, мне становилось как-то не по себе, вплоть до полуобморочного состояния. А в самый первый, так вообще чуть кондрашка не хватила. Только к полудню стало легче.
